http://gendilana.ru/Forum На форуме Вы можете оставлять свои коментарии, задавать вопросы по разделам сайта, делиться мыслями ExBB Full Mods 0.1.5 FeedCreator 1.1 http://gendilana.ru/Forum/im/logo_ExBB.gif http://gendilana.ru/Forum Sun, 06 May 2012 18:29:18 +0400 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=41&postid=1336314558#1336314558 В форуме: Примирение
Автор: Ника
----------
КИНО и НЕМЦЫ

Как же раньше всё было просто и понятно! вот они – наши, а вот они – фашисты. Наши побеждали, потому что были хорошие и за справедливость, немцы - наоборот.
Девушка, которая влюбилась в немца – это =подстилка и б..=, а немка, влюбившаяся в советского солдата -- романтическая героиня. Пьеса о такой любви русского солдата и немецкой девушки (1963 года , автор В.Ежов, =Соловьиная ночь=) идет до сих пор в московском театре.
Правда, время от времени некоторая рябь смущала широкую гладь героического военного кино-полотна – появлялся какой-нибудь трусоватый красноармеец, которого непременно настигала кара партийная и товарищеская. Или почти симпатичный фриц с робкой улыбкой сдавался нам в плен…
Но все равно идейно выдержанная диспозиция (=Враг будет разбит!=) строго соблюдалась даже в самом высоколобом кино.
А на высоколобость претендовали многие. Например, такой фильм именитого режиссера =Был месяц май=. А в фильме этом эпизодик: на постое, в Германии, красноармейцы убивают свинью фермера, хозяин и его сын жалуются советскому офицеру, тот стыдит своего солдата.
И тут следует такой монолог =гамлетовского= уровня:
--Свиней, значит, убивать нельзя, а людей можно? – восклицает фронтовик перед лицом =праведно возмущенных= (якобы) немцев.
Весь строй фильма повернут так, что к этому ЧИСТЕНЬКОМУ (у нас немцы всегда были ч и с т е н ь к и е) молодому немцу зритель испытывает нутряное, почти необъяснимое отчуждение, враждебность, непонимание.
Это люди другой вселенной –внушает нам автор (Марлен Хуциев) своим фильмом. И дело тут даже не в войне – война, по мысли таких марленов только проявила враждебность советско-русского мира западному, немецкому, буржуазно-капиталистическому. Вот так по-своему искусно сочетали демагоги от кинематографа и советской идеологии плоскости социальные , национальные и политические.
Каждый раз, вспоминая этот врезавшийся мне в память эпизод, я задаю себе вопрос – неужели в подобное кто-то верил? Неужели находились люди, которые верили, что солдаты Красной Армии не могли свободно зарезать свинью благополучного немецкого фермера, живущего так, словно он и не ведает про шесть лет кровавой бойни, пришедшей к его порогу.
Когда железный занавес рухнул, взору невинного советского зрителя предстала продукция =той стороны=, где все было очень похоже, только знаки расставлены зеркально. Теперь наоборот - красноармеец имел звероподобную внешность, его начальство - садистскую (разной степени утонченности), а =свинью зарезать= не решались уже =чистенькие= немцы. Наши обиделись.
Правда, еще в самое что ни на есть застойное время в стане кристальных антифашистов завелся такой двусмысленный персонаж как любимый народом штандартенфюрер Штирлиц. Сейчас, по прошествии десятилетий совершенно ясно, что это был не только советский разведчик в стане нацистов, но и наоборот – агент влияния Третьего рейха в девственном мире пионеров и комсомольцев. Влияние это было сродни действию вируса СПИДа – Штирлиц разрушил изнутри, на клеточном уровне =защитные механизмы= юных участников игры =Зарница=. Мальчишки и девчонки, которые в юности не могли оторвать взгляда от четких фигур в черной форме, уже стали чуть менее СОВЕТСКИМИ.
Кто-то может спросить : разве это хорошо? – быть =несоветским=? Сейчас большая ностальгическая мода на все коммунистическое… Возможно, об этом стОит поговорить отдельно, так как тема выходит за рамки кинематографа. Так что вернемся к проблемам девятой музы.
Кино эпохи путинского застоя попыталось вернуть былую отрадную ясность в мир экранной диспозиции. Произошло это в 2002 году, когда решили обновить хит сталинского СССР – =Звезду = Эммануила Казакевича.
После этого =года великого перелома= подобная продукция пошла косяком. Но радовать она могла все меньше -- даже аполитичного любителя военного жанра. Снимать взрывы и эффектно подсвечивать поле боя у нас научились, но смысл из кино пропал полностью. Потому что в фильмах советского периода он все-таки присутствовал, хоть и упрощенный. К тому же, в лучших произведениях 60-х, 70-х годов ощущался реальный =запах войны=…
Доминирующим, нет, пожалуй даже единственным мотивом советского военного кино была простая мысль: трагедия войны обрушилась на ни о чем не подозревающую, счастливую страну как гром среди ясного неба и заставила людей взять в руки оружие.
На этом останавливались все, даже самые лучшие, выдающиеся режиссеры. Дальше они не шли. Писатели – попробовали пойти, а кинематографисты – нет.
Мне запомнился рассказ из периодики начала 90-х, полудокументальный, о молодом парне, у которого арестовывают близких как раз накануне войны. И вот – 22 июня, на горизонте неизбежная мобилизация. И пожилая женщина горестно спрашивает его: как же ты будешь воевать-то?
Этот вопрос висит в воздухе, в сущности, до сих пор.
Даже в самом, наверное, искреннем , талантливом фильме на эту тему =Завтра была война= (режиссер Юрий Кара, по одноименной повести Бориса Васильева) нападение немцев выступает как раз в роли общей беды, объединяющей, а не разъединяющей тех, кто, возможно, без войны стал бы друг другу смертельным, непримиримым врагом .
Эти две проблемы: антисталинизм и военное противостояние с немцами (хотя и об одном и о другом говорилось по отдельности очень много и в кино в том числе) – никогда не пересекались. Тема табуирована. И это понятно: на пересечении этих острых вопросов возникает страшное и невозможное для советского (но не русского!) человека – оправдание власовцев. И даже, возможно, не просто оправдание.
Пожалуй, можно назвать только одно кино-произведение последнего десятилетия, где авторы рискнули это табу нарушить – телевизионный 12-серийный фильм =Апостол= с Евгением Мироновым в главной роли (режиссура первых 9 серий – Геннадий Сидоров). Но исполнение замысла в фильме настолько неровное, местами нелепое, что о серьезном анализе =Апостола= говорить не приходится.
В военном жанре разительно отличие советского кино от европейского. В европейской культуре война была традиционно связана с такой темой как =потерянное поколение=, нравственная проблема человекоубийства, встающая перед тем, кто становится солдатом. Как ни странно, в советском кино (да и в литературе) этого нет даже близко.
Мне всегда это казалось необъяснимым. Однако это так.

Отдельно нужно сказать о кино, которое я называю =примиренческим=. Это фильмы, где военных действий нет, но в центре повествования немцы и русские. Фильмов таких немного, но, пожалуй, ни один из них не прошел незаметно. Последний Поезд А.Германа, Время собирать камни, Полумгла, Франц и Полина, Враги (М.Снежкина).
Здесь немцы и советские\русские люди предстают не в качестве вооруженных противников, а просто как попавшие в большую беду люди, вынужденные как-то уживаться, находить общий язык, преодолевать стереотипы, делать вместе какое-то общее дело Ведь таких невоенных контактов было в ту эпоху очень и очень много, и они крайне интересны, поучительны, волнующи!
Надо сказать, что в зародыше эта тема все же появилась в золотую для кинематографа брежневскую эпоху. Буквально несколькими искорками осветили темноту неизвестного прошлого. Высоцкий в =Вертикали= пропел своим драматичным баритоном =…А до войны вот этот склон немецкий парень брал с тобою, он падал вниз, но был спасен, а вот теперь, быть может, он свой автомат готовит к бою=…
И был еще эпизод в заключительной части =Освобождения=, где солдаты вермахта и красноармейцы в затопленном метро становятся в цепь, спасая жителей.
Но на этом тогда все и закончилось.
А теперь, в 21 веке, кинематографисты пытаются, преодолевая =дедывоевализм=, создавать русско-немецкий диалог. Репликой такого диалога стал совсем новый фильм (2011г) =4 дня в мае=, экранизация потрясающе острой, трагической истории капитана Калмыкова, который вместе со своими разведчиками повернул стволы против собственного командования, защищая девочек из немецкого интерната.
Сам фильм показался лично мне несколько более беззубым, чем исходный рассказ, но не в этом дело.
Фильм ценен тем, что в нем нет штампованных схем. Ни немцы, ни советские военные не показаны одной краской. Конфликт пролегает не по линии фронта, скажем так.
Слоган фильма «Иногда граница проходит не между своими и чужими, а между добром и злом».
Позволю себе процитировать отзыв о фильме с сайта Кинопоиск:

=Не то к чему мы привыкли.
Как редко встречаются фильмы, после которых сидишь все титры в зале, как будто тебе дали чем-то по голове, ещё реже подобные фильмы являются отечественными, а если они ещё и современные — то их надо заносить в Красную книгу, но подобные фильмы редко становятся достоянием общественности, отсутствие рекламной поддержки, 1—2 сеанса в самое не удобное время, нежелание самих зрителей смотреть что-либо не развлекательное. «Два пивасика и колюшку» (с) и бегом на какого-нибудь байкера из ада в новомодном 3D. А здесь накануне 23 февраля разворачивается история об истинной мужественности, которую вместе со мной в зале смотрело 3 человека.
Эта картина -- противоположность всем военно-патриотическим фильмам, снятым про ВОВ до этого. Здесь сражаются не русские и немцы, здесь сражается добро и зло, Великая отечественная война в миниатюре с поменявшимися сторонами конфликта. Победители с фашистским поведением и проигравшие защищающие своих женщин и детей. В СССР даже за подобную идею бы уже расстреляли… В финал картины не хочется верить, понимаешь, что подобное могло происходить, что каков командир таковы и солдаты, но это полнейший разрыв шаблонов моего военно-патриотического воспитания.=]]> Sun, 06 May 2012 18:29:18 +0400 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=41&postid=1336314558#1336314558 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=40&postid=1336042997#1336042997 В форуме: Примирение
Автор: Ника
----------
Ссылка в Ссылке
Роберт ГАЙГЕР

Приближается 28 августа, и мысль снова уносит меня в тот далекий 1941 год, когда на фоне общенародной трагедии началасьдрама моего маленького народа, о которой открыто говорить и даже писать начали только в последнее время. Тех, кто ее пережил, становится все меньше... И все же написано немало. В первую очередь, о том, как была ликвидирована Немецкая республика на Волге и как выселяли волжских немцев.
Меньше известно о выселении немцев из других регионов. Ничего не читал о том, как германские власти переселяли украинских немцев на территорию Третьего Рейха и как они были возвращены назад "на родину" _ в Сибирь и на Север. Об этом рассказывала мне моя тетя, хортицкая немка_менонитка, проделавшая этот страшный путь, моя бывшая студентка Гильда Браун, родившаяся в 1945 году в Германии, и мои друзья Гарри Ригель и Андрей Обердерфер. Трудно эти "рассказы" спокойно слушать... Очень нужно, чтобы об этом кто_то написал. Пока еще есть кому...

А вот уж о чем не только не читал, но и не слышал ни от кого, так это о том, как выселяли немцев, которые к началу вой
ны проживали уже в местах ссылки, но о чем знаю сам. О том, что немецкие поселения в Сибири, Казахстане и Киргизии были со времен столыпинских реформ, известно всем. Известно и то, что немцев в них не тронули, оставили на своих местах, поставив, конечно, на спецучет со всеми вытекающими из этого последствиями. Да и удивительно ли, куда еще дальше переселять?.. Сами оказались в нужном месте и в нужное время. И все же, и все же... Выселяли. Знаю доподлинно, потому что сам, понятно, с родителями был из тех мест выслан. Правда, не из села, а
из города. Семипалатинска. Где нас и захватила война. Как и почему?
«Столыпинскими» мы никогда не были, всегда были черноморскими, или, иначе, таврическими,
а еще точнее одесскими. В Одес
су мой дед переехал еще в конце
позапрошлого, 19-го, века из не
мецкой колонии Шпаер, куда на
ши предки переселились из «на
стоящего», германского, Speyer`а
в 1809 году. Народили в Одессе
дед с бабушкой пятеро детей, и у
каждого что ни судьба, то и сюжет
- так и просится на бумагу. Но к де
лу относится история старшего сы_
на, Иосифа, который в 1918 год
после окончания Первой мировой
войны, с последним немецким во
енным кораблем, сговорившись с
экипажем, бежал на историческую
родину. Ну, бежал - и бежал. Его
история это отдельная тема. Ос
тальные члены семьи поразъеха
лись кто куда, а мой отец остался в
Одессе, и жизнь до поры до вре
мени текла своим ходом.
Но наступили 30_е годы, а с
ними - и год 37 й... И тут вспомни
ли бдительные Органы, что у отца
был старший брат, следы которого
утеряны. Где он да что с ним?.. На
чали вызывать отца на беседы, и
все чаще. Петля затягивалась.
Развязка неумолимо приближа
лась. И тогда один мудрый чело
век посоветовал отцу срочно ис
чезнуть: страна велика, есть такие
медвежьи углы, где не только
НКВД, но и советской власти-то
нет, там и переждешь. Не может же
вечно продолжаться красный тер
рор. Батюшка внял совету, собрал
семейство и «исчез». Думал, на
время. Чтобы «переждать». Да не
знал он тогда, что пережидать при
дется всю жизнь... И поехали в
один такой «медвежий угол» - на
Алтай, где работал начальником
строительства его младший брат,
Роберт Гайгер, в Бийск. Не успели
устроиться, как «забирают» брата
и дают ему ни мало ни много - рас
стрел. За «вредительство». Отец
едет, как тогда говорили, хлопо
тать за брата.
Пока он хлопотал (правда, ус
пешно: добился замены «вышки»
на 15 лет), приходили за ним.
Мать сообщила ему как-то об этом
и предупредила, чтобы не появ
лялся дома: ждут и сразу заберут.
И опять нашелся добрый человек,
опять посоветовал «исчезнуть» на
время и даже подсказал, куда:
есть, говорит, тут недалеко город,
в Казахстане, Семипалатинск на
зывается. Там еще и советской
власти нет, верблюды одни да пе
сок. Вот там и пересидишь. К тому
же есть пединститут и много техни
кумов, с университетским образо
ванием раз плюнуть - устроиться
на работу. И отец «исчез» в этом
песчаном и верблюжьем городе.
Расчет оказался верным. Вскоре
как враг народа был расстрелян
«красный террорист» душегуб
Ежов, и волна репрессий на время
спала. Отец вызвал нас к себе. Так
мы стали семипалатинцами. Как
думали родители, на годик-другой,
а там - назад в родную Одессу-ма
му. Не дождались: грянула война.
Отца привлекли в народное опол
чение, и он после работы еже
дневно ходил на занятия по воен
ному делу, ожидая призыва в ар
мию. Однажды вернулся раньше
обычного, озабоченный:
От обучения отстранили. Как
немца. Что будет дальше?..
Однажды, кажется, вначале
ноября, пришел взволнованный и
рассказывает:
Шел домой через вокзал.
Смотрю - остановился товарный
поезд. Выскакивают из «телятни
ков» люди, с котелками, чайника
ми, ведрами кто с чем, и все бе
гут к крану за водой. Говорят не
по-русски, сначала даже не понял,
на каком языке. Прислушался
как будто по-немецки. Спросил у
одного, пробегавшего близко: кто
вы, откуда, куда? Тот на ходу, еле
успевая к уже тронувшемуся поез
ду, что-то ответил. Уловил только
слово «немцы» и, кажется, «Кав
каз». Ничего не могу понять. Что-то
происходит непонятное. И, глав
ное, куда везут людей? Что все это
означает?
Что это означало, вскоре уз
нали и мы. Я был, как обычно, в
детсаду. Вдруг прибегает взволно
ванная бабушка, впопыхах соби
рает меня, приговаривая: «Торо
пись, за нами приехали. Милиция.
На телеге. Дали два часа на сбо
ры. Мама собирает вещи. А отца
опять нет. Наверно, в библиотеке
торчит, газеты все читает.
Прибегаем к дому. Телега уже
доверху нагружена скарбом, что
успела собрать мать. Рядом два
милиционера, торопят.
Мужа нет еще с работы, в
слезах упрашивает мать подож
дать хоть немного.
Время вышло, не успеете на
поезд. И тронули лошадь. Меня по
садили на телегу.
Бабушка и мама шли рядом. В
этот момент появился отец. Понят
но, в полном недоумении. Мили
ционер показал ему какую-то бу
магу, коротко ответил на его в
просы, и мы отправились на во
кзал. Там было уже несколько та
ких же, как и мы, немецких семей
- дети, тюки, у кого-то сундуки...
Постоянно подъезжали новые се
мьи, тоже на телегах и в сопрово
ждении милиции. До этого, про
жив в Семипалатинске пару лет,
мои родители даже не знали, что в
городе есть еще немцы. Был, прав
да, один человек по имени Вадим
Федорович Криц, интеллигентный,
высокообразованный человек, ле
нинградец. Он работал вместе с
моим отцом то ли в пединституте,
то ли в каком-то техникуме. В три
дцатых годах отсидел, прошел Бе
ломорканал, после чего отбывал
административную ссылку в Семи
палатинске. Себя Криц называл
немцем. Они дружили с отцом, бы
ли между собой откровенны, и он
как_то ему признался, что на са
мом деле он еврей, но сумел из
менить в документах националь
ность на «немец». Для чего ему это
было нужно, я и сейчас не пони
маю, более опрометчивый и не
практичный в то время в Союзе
шаг было трудно сделать.
И вот когда мои родители уви
дели на вокзале столько немецких
семей, они поразились. Подходи
ли к одним, к другим, спрашивали
-точно, все немцы. И набралось
нас, помню цифру, 40 семей. У
большинства было много детей,
так что всего людей было что-то
около150. Оказался среди них и
Криц. Как сейчас помню слова
острой на язык бабушки: «Наказал
Бог Иуду отступника. Попал как
кур во щи». Смысл этих слов я по
нял много позже, когда узнал
судьбу эвакуированных, как пра
вило, в большие сибирские и
среднеазиатские города евреев, а
сам познал настоящую ссылку.
Между тем стемнело. Пошел
первый снег. Это было 10 ноября,
я это хорошо помню, потому что
11го мой день рождения, и я
ждал его с нетерпением, так как
должен был получить вожделен
ный и приготовленный заранее
подарок, о чем сообщила мне по
секрету бабушка, сапоги (!), про
тив чего очень возражала мама,
но отец не устоял и купил, припря
тав подарок ото всех. Галифе мне
сшила из чего-то бабушка, а ста
рую портупею подарил сосед ко
мандир Красной Армии. Обещал
он мне и буденовку, но не успел,
ушел на фронт. Так и не стал я Ча
паевым, а ведь это и было мечтой
и целью каждого мальчишки в те
годы (Только что прошел один из
лучших предвоенных фильмов
«Чапаев»).
Наконец, когда уже было со
всем темно и я почти засыпал, к
вокзалу подошел паровоз и три
«телячьих» вагона. Прозвучала ко
манда, кто-то открыл двери ваго
нов, и люди начали грузиться. Как
все это происходило, я не помню.
Проснулся от мерного стука колес.
Я лежал на полу, на постланном
одеяле из развернутого узла. Воз
ле меня сидела бабушка, тоже на
полу, на каких-то узлах. Вагон был
набит до отказа, не было даже
нар, все сидели или лежали на
своих вещах. Я спросил у бабушки,
куда мы едем. Ни она и никто из
других этого не знал. Помню толь
ко, бабушкину фразу: жить мы те
перь будем в землянках. Я не
знал, что такое землянка, спро
сить почему_то не решился и пы
тался мысленно себе ее предста
вить. В моем воображении возни
кала нора в земле, возле которой
возвышалась горка земли, то есть
что_то вроде кротовой норки с тер
рикончиком, которые я как_то ви
дел, гуляя с отцом за городом. На
до сказать, те жилища (домами это
назвать трудно), в которых нам
пришлось потом жить в казахском
ауле, не многим отличались от
картинок, которые рисовало мне
мое детское воображение. Ехали
долго. Часто поезд останавливал
ся и подолгу стоял. Каждый раз от
катывали вагонные двери, тюки и
сундуки при этом вываливались
наружу, люди пытались их удер
жать, кричали и ругались, у кого-то
вывалился узел, поезд тронулся и
спасти вещи так и не удалось.
Ехали трое суток и приехали...
в Аягуз! Это ровно 300 километ
ров от Семипалатинска в сторону
Алма-Аты. Что и как ели мы в до
роге, как справляли нужду, не
помню. В Аягузе нас выгрузили.
Разместили в доме колхозника,
где мы двое или трое суток дожи_
дались машин. Наконец, машины
появились бортовые «ЗИСы5».
Мы погрузились, и колонна трону
лась. В ночь. Зима в тот год по
всей стране была страшно холод
ной. Несмотря на середину нояб
ря, мороз был 35-37 градусов. Да
еще начался буран. А мы в кузове.
Родители распаковали узлы, дос
тали одеяла, меня закутали, но мо
роз быстро начал пробирать до
костей. Я переставал чувствовать
пальцы ног и рук. Отец непрестан
но заставлял меня шевелить ими и
все время тормошил, чтобы я не
заснул: «Заснешь _-не проснешь
ся».
А сон одолевал... Когда бура
ном занесло совсем дорогу и ко
лонна остановилась в ожидании
«американского» (!) снегоочисти
теля (пробивавший до этого доро
гу бульдозер сам застрял в снегу и
заглох), отец раздобыл где-то бу
тылку водки, слышал, что она ра
зогревает, и начал заставлять ме
ня отхлебывать из горлышка. Я от
казывался, плакал, но он почти
насильно вливал ее в меня. (Когда
меня однажды спросили, в каком
возрасте я впервые попробовал
водку, и я ответил, что в шесть
лет, мой собеседник принял это за
шутку и не хотел верить до тех пор,
пока я не рассказал об обстоя
тельствах этого первого причаще
ния). Отец слышал, что водка со
гревает, но по неопытности не
знал, что принимать ее нужно не
когда человек замерзает, а когда
отогревается уже в тепле, именно
для «сугрева», чтобы кровь разы
гралась. А в такой ситуации это
еще хуже. И я в самом деле чуть не
замерз. Опомнился и открыл гла
за в до отказа забитом людьми по
мещении. Мать и бабушка хлопо
тали надо мной. Увидев, что я от
крыл глаза, бабушка перекрести
лась и выдохнула: «Gott sei dank! Er
lebt». Вскоре появился отец и с
ним немолодая казашка. Она дер
жала в руках кесешку горячего ка
захского чая с молоком и кусок ле
пешки. Это было гораздо прият
нее, чем обжигавшая на морозе
водка «из горла»...
Видимо, это был заезжий
двор, где жил смотритель участка
дороги с семьей. Когда люди не
много отогрелись и пришли в се
бя, путешествие продолжилось.
Все уже знали, что везут нас в Урд
жар _ крупное село, райцентр Урд
жарского района на стратегиче
ской шоссейной дороге Аягуз
Бахты (в сторону китайской грани
цы, в 175 км от Аягуза), куда нас и
привезли наконец к обеду следую
щего дня полуживыми. А дальше?
Я не знаю, как, по какому принци
пу немецкие семьи поселили в
дальнейшем. Знаю только, что по
сле Урджара все были рассеяны
по разным местам этого района.
Мы попали, пожалуй, в самую
глухую и удаленную его часть
Егинсу (25 км от райцентра), со
сплошным казахским населени
ем, в совершенно дикий, почти на
первобытном уровне аул, в кото
ром и провели все военные годы.
Но он и те простые, но душевные,
отзывчивые, добрые казахи дали
нам возможность выжить, в пря
мом смысле слова не раз спасая
от голодной и холодной смерти.
Низкий поклон им и сердечное
спасибо.
Так происходило переселе
ние тех немцев, которые к нача
лу войны были уже в местах
ссылки. Какой был в этом
смысл, сказать трудно, тем бо
лее, если учесть, что в тот же го
род Семипалатинск после на
шего выселения были переселе
ны немцы из других регионов и
находились там в ссылке. После
отмены комендатуры мы верну
лись в 50_е годы в город и по
знакомились там со многими из
таких, которые провели там все
военные годы. Стоило ли горо
дить огород? Да ведь нас никто
не спрашивал. И никто ничего
не объяснял. Так было...]]> Thu, 03 May 2012 15:03:17 +0400 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=40&postid=1336042997#1336042997 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=39&postid=1335804321#1335804321 В форуме: Примирение
Автор: Administrator
----------
Символ войны и беды - Хатынь, представляющая 628 белорусских сел, уничтоженных в годы войны вместе с их жителями.

«...Кровавая трагедия этого лесного поселения из 26 дворов состоялась 22 марта 1943 года. 149 человек, из них 76 детей, навечно остались в этой адской могиле. - писал Василий Быков в статье «Колокола Хатыни» в 1972 году.

Что мы знаем о трагедии уничтоженного белорусского села? У нас любой школьник может сказать, что Хатынь сожгли немецкие каратели... Именно их считали виновными в трагедии.

Действительно в тексте фотоальбома «Хатынь» (Минск, 1979 г.) карателями названы «гитлеровцы, обуреваемые маниакальной идеей «исключительности» арийской расы, своей мнимой «сверхчеловечностью».
Что было на самом деле?

В газете «Советская молодежь» № 34 за 22 марта 1991 года, которая выходила в Латвии была опубликована статья «Хатынь сожгли полицаи» (Дело Григория Никитовича Васюры, уроженца Черкасской области).

Оказывается, село Хатынь в Беларуси уничтожили вместе со всеми его жителями не немцы, а специальная зондеркоманда ( 118-й полицейский батальон), которая состояла в подавляющем большинстве из полицаев-украинцев. Да-да, украинцев!

Начальником штаба этого батальона был Григорий Васюра, который практически единолично руководил батальоном и его действиями.

Теперь давайте перейдем к выяснению причин и обстоятельств, которые привели в итоге к уничтожению белорусского села Хатынь.

После своего формирования 118-й полицейский батальон сначала "хорошо" зарекомендовал себя в глазах оккупантов, принимая активное участие в массовых расстрелах в Киеве, в печально известном Бабьем Яру. После этого батальон передислоцировали на территорию Беларуси — для борьбы с партизанами. Вот здесь и произошла та ужасная трагедия, в результате которой была уничтожена Хатынь.

Дело в том, что должность интенданта в каждом из подразделов этого батальона обязательно занимал немецкий офицер, который был, таким образом, неофициальным куратором-надзирателем за деятельностью полицейских своего подраздела. Разумеется, подобная тыловая служба была намного безопаснее и более привлекательной, чем пребывание на фронте. Поэтому неудивительно, что одним из немецких офицеров на подобной должности оказался любимец Адольфа Гитлера — гауптман Ганс Вельке.

Любовь фюрера к нему не была случайной, так как именно он, Ганс Вельке, первым из немцев выиграл золотую медаль в толкании ядра на Олимпийских играх 1936 года в Мюнхене, чем основательно укрепил тезис фюрера о главенстве арийской расы. И вот именно гауптмана Ганса Вельке, находясь в засаде, убивают советские партизаны, остановившиеся накануне переночевать в селе Хатынь.

Конечно же, убийство любимца фюрера заставило всех полицаев сильно переживать за сохранность собственной шкуры, а потому потребность "достойной отплаты бандитам" для них стала "делом чести". Не сумев отыскать и захватить партизан, полицаи вышли по их следам к селу Хатынь, окружили его и начали экзекуцию над местным населением в отместку за убитого гауптмана.

13 мая Васюра возглавляет боевые действия против партизан в районе с. Дальковичи. 27 мая проводит карательную операцию в с. Осови, где было расстреляно 78 человек. Далее – карательная операция «Коттбус» на территории Минской и Витебской областей – расправа над жителями села Вилейки; уничтожение жителей села Маковье и Уборок расстрел возле с. Каминская Слобода 50 евреев. За эти «заслуги» гитлеровцы наградили Васюру званием лейтенанта и двумя медалями.

Когда его батальон был разгромлен, Васюра продолжил службу в 14-й гренадерской дивизии СС «Галиция», уже в самом конце войны – в 76 пехотном полку, который был разбит уже во Франции.

После войны в фильтрационном лагере ему удалось замести свои следы. Только в 1952 г. за сотрудничество с фашистами во время войны трибунал Киевского военного округа приговорил его к 25 годам лишения свободы. В то время о его карательной деятельности ничего не было известно. 17 сентября 1955 г. Президиум Верховного Совета СССР принял Указ «Про амнистию советских граждан, которые сотрудничали с оккупантами во время войны 1941-1945», и Васюра вышел на свободу. Вернулся к себе на родную Черкасчину.

Сотрудники КГБ все-таки нашли и снова арестовали преступника. К тому времени он был, ни много ни мало, заместителем директора одного из больших совхозов на Киевщине, очень любил выступать перед пионерами в образе ветерана войны, фронтовика-связиста, и даже именовался почетным курсантом в одном из военных училищ Киева.

Вы только вообразите себе это: почетный курсант - главнейший палач Хатыни и душегуб Бабьего Яра был образцом героизма и преданности родине для наших будущих солдат и офицеров ?

Возникает естественный вопрос, почему в то время дело и суд над главным палачом Хатыни не приобрели надлежащей огласки в средствах массовой информации. Оказывается, по мнению одного из исследователей этой темы журналиста Глазкова, к засекречиванию данного дела "приложили руку" высшие партийные руководители Беларуси и Украины. Руководители советских республик заботились о незыблемости интернационального единства белорусского и украинского народов (!).

Особенно активно заботился о неразглашении материалов дела Васюры первый секретарь ЦК КПУ, член Политбюро ЦК КПСС Владимир Щербицкий. В результате этого давления корреспонденты допускались на процесс только выборочно, а в дальнейшем ни один из материалов, подготовленных ими, так и не был опубликован.

Искажено представление о Хатынской трагедии и в Большой Советской Энциклопедии, где читаем: «Хатынь — мемориальный архит.-культурный комплекс на месте б. деревни Хатынь (Минской обл. БССР). Открыт 05.07.1969 г. в память жителей белорус. сел и деревень, полностью уничтоженных фаш. оккупантами» (БСЭ, М., 1978., Т.28, С.217).
5 июля 1969 года, в 54-х километрах от Минска недалеко от автомагистрали Минск — Лепель — Витебск был открыт мемориальный комплекс «Хатынь» на месте сожжённой вместе с 149 жителями деревни Хатынь 22 марта 1943 года. Экскурсоводам строго приказывалось не разглашать подлинных виновников трагедии, не смотря на то, что КГБ были известны их имена. о Великой Отечественной войне у нас люди по большей части знают лишь из старых школьных учебников. Дескать, что жгли села и расстреливали мирных жителей немцы. Но в последние годы взгляд историков на многие события прошлых лет кардинально изменился. Хотя об этом пишут мало. И потому часто простые люди делают для себя открытие, когда слышат, что большинство карательных операций на территории Украины, Польши и Беларуси проводили как раз полицейские формирования.
о Великой Отечественной войне у нас люди по большей части знают лишь из старых школьных учебников. Дескать, что жгли села и расстреливали мирных жителей немцы. Но в последние годы взгляд историков на многие события прошлых лет кардинально изменился. Хотя об этом пишут мало. И потому часто простые люди делают для себя открытие, когда слышат, что большинство карательных операций на территории Украины, Польши и Беларуси проводили как раз полицейские формирования.]]> Mon, 30 Apr 2012 20:45:21 +0400 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=39&postid=1335804321#1335804321 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=38&postid=1335676510#1335676510 В форуме: Примирение
Автор: Ника
----------
Императорская Россия ратифицировала документы обеих Гаагских конференций, что сказалось на военном законодательстве России и на положение русских военнопленных первой мировой войны. Так, военнослужащим, попавшим в плен (за исключением тех, кто поступил на службу к неприятелю), по возвращении выплачивалось денежное содержание за все время нахождения в плену. Время, проведенное в плену, засчитывалось офицерам в выслугу лет для получения пенсии, а сами они вносились в списки на присвоение очередного звания. Семьям военнопленных выплачивалась половина содержания, получаемого военнослужащим - главой семьи на день плена, за все время нахождения в плену вплоть до возвращения, а в случае его смерти назначалась пенсия.

Отношение к плену начинает меняться в советской России во время гражданской войны. В марте 1918 г. приказом Народного комиссара по военным делам устанавливалась бежавшим из плена единовременная выплата 25 рублей, жалование же за время, проведенное в плену, не выплачивалось. В апреле 1918 г. по Декрету ВЦИК сдача в плен уже рассматривалась как нарушение воинского долга, а военнослужащие подлежали «суровой ответственности по всей строгости закона».

В Уголовный кодекс РСФСР, принятый в 1922 году, в добавление к уже имевшемуся пункту «б» статьи 58 (измена Родине) в 1927 году в статью 193 был включен пункт 22 (сдача в плен). Устав внутренней службы РККА вообще исключал ситуацию, при которой военнослужащий мог оказаться в плену. Теперь плен квалифицировался как «измена родине». (выделено мной-Н)

В 1929 году Сталин счел невозможным для СССР участвовать в Женевской конференции, на которой должны были принять Конвенцию об обращении с военнопленными и Конвенцию об улучшении участи раненых и больных в действующей армии. Конференция состоялась без представителей Советского Союза. Позже, в 1930 году, СССР, все же подписал Конвенцию о раненых и больных, но не подписал Конвенцию о пленных. Советский Союз отказался подтвердить решения дореволюционной России о ратификации документов обеих Гаагских конференций.

Окончательное отношение к пленным, как к преступникам, в Советском Союзе оформилось накануне войны. В Уставе Красной армии было записано: «Ничто, в том числе и угроза смерти, не может заставить бойца Красной Армии сдаться в плен или в какой-либо мере выдать военную тайну». Напомним, что параллельно действовала 193-я статья Уголовного кодекса РСФСР, в которой говорилось, что самовольное оставление поля сражения во время боя, сдача в плен, не вызванная боевой обстановкой, или отказ во время боя действовать оружием, а равно переход на сторону неприятеля влекут за собой высшую меру наказания с конфискацией имущества. В дополнение к существовавшим законодательным документам 16 августа 1941 года, был издан Приказ Ставки Верховного Главнокомандования № 270, согласно которому командиры и политработники, сдавшиеся в плен, ставились вне закона и подлежали расстрелу на месте. Совершеннолетние члены семей военнослужащих, осуждённых к высшей мере наказания (к расстрелу) за измену родине, подлежали аресту и ссылке сроком на пять лет. Семьи сдавшихся в плен красноармейцев лишались государственного пособия и помощи. Таким образом, в первые месяцы войны отношение к военнопленным получило окончательное законодательное завершение.

Результатом политики советского руководства явилась гибель миллионов советских пленных, что несравнимо со смертностью русских пленных во время первой мировой войны. Тогда в Германии смертность составляла: англичан и французов - 4,5% 5%, русских - 5,4 %. За время второй мировой войны к январю 1945 года французов погибло - 1,58 %, англичан - 1,13 %, американцев - 0,3 %. Смертность же советских военнопленных составила около 60 %. К началу 1944 года погибло 3,3 миллиона советских военнопленных.


Некоторых улучшений удалось добиться только к лету 1942 г. (когда уже погибло более 2 миллионов человек). Против бесчеловечного обращения с русскими пленными резко протестовали адмирал В. Канарис, фельдмаршал фон Бок, генерал-полковник Люфтваффе Г. Рюдель. Помогло то, что в Германии обнаружилась нехватка рабочей силы -для чего рейху и понадобились уже не только пленные, но и "восточные рабочие" ("остовцы", которых насильно вывозили с оккупированных территорий.

За годы второй мировой войны воевавшие стороны взяли в плен около 35 миллионов солдат и офицеров противника. До сих пор нет единого мнения о численности советских военнослужащих, оказавшихся в фашистском плену. Расхождения в цифрах значительны. В официальном издании «Гриф секретности снят» говорится, что в немецком плену оказалось 4.059 тысяч советских военнослужащих.

По материалам германских архивов за период с 22 июня 1941 года до конца войны в плену у немцев оказалось около 5, 7 миллиона военнослужащих Красной Армии. Эта цифра, вероятно, наиболее приближена к истине. Однако, отметим, что до января 1942 года в Вермахте списки попавших в плен, бежавших из плена, погибших в плену и т.д. не вели.


Женевская конвенция 1929 г. по обращению с пленными их правовое положение определяла «единственно внешним признаком – формой, которую они носили в момент пленения, а не их национальностью». Русская Освободительная Армия (РОА), к примеру, имела немецкую форму с русским знаком различия. Следовательно, власовцы по принципам конвенции относились к военнослужащим немецкой армии, и они должны были рассматриваться как немецкие военнопленные, которые не подлежали насильственному возвращению в СССР. Союзники же, отбросив Женевскую конвенцию, определяли власовцев и других советских военнопленных в немецкой форме как «предателей союзной державы».(выделено мной-Н) Однако, отношение к «советским коллаборационистам» не было постоянным на протяжении всего периода репатриации.

Если в начальный период согласованных действий союзников в разрешении вопроса репатриации советских и иностранных граждан, находившихся соответственно под контролем союзных и советских властей, еще были условия и возможности возвращения всех советских граждан на Родину, то, начиная со второй половины 1946 г., все активнее стала проявляться тенденция по невозвращению граждан СССР и вывозу их в страны Европы и Америки. Она была связана в первую очередь, со стремлением западных стран заполучить дешевую рабочую силу для восстановления своей экономики, а во-вторых, с возможностью использовать невозвращенцев для политико-идеологической борьбы с СССР. После этого предпринимавшиеся Советским государством насильственные меры по недопущению утечки людей на Запад большого успеха не принесли, иногда даже давали обратные ожидаемому результаты.

Если на первом этапе (октябрь 1944 г. - январь 1945 г.) мероприятия связанные с репатриацией советских граждан находились в целом в компетенции государственных и военных органов, то, с января 1945 г. к военно-политическим аспектам деятельности этих органов наблюдается повышенное внимание со стороны ЦК ВКП(б) и СНК СССР. Именно в это время выходят два постановления СНК СССР от 6 января 1945 г. - № 30-12с «Об организации приема и устройства репатриируемых граждан СССР из Германии и оккупированных ею стран» и № 31-13с «О порядке репатриации союзных военнопленных и интернированных граждан, освобожденных Красной армией». Эти постановления определили основные принципы и механизмы репатриации советских и иностранных граждан.

Во исполнения названных документов начальником Тыла Красной Армии и Уполномоченным СНК СССР по делам репатриации издаются совместные директивы за № 1/1240645с и № 1/1240646с от 18 января 1945 г., на основе которых практически решались все вопросы, связанные со сбором, размещением, содержанием, материальным обеспечением и возвращением на родину граждан СССР и иностранных подданных.

В соответствии с указанными документами советских репатриантов полагалось «сортировать» на следующие категории: бывшие военнопленные (рядовой и сержантский состав); бывшие военнопленные - офицеры; военнопленные и гражданские лица, служившие в строевых немецких спецформированиях, власовцы, полицейские и «прочие подозрительные лица»; интернированное гражданское население; жители приграничных областей; дети-сироты.

После «сортировки» бывшие военнопленные (рядовой и сержантский состав) направлялись в армейские и фронтовые запасные части. Более трагично складывалась судьба офицеров, которых сразу после фильтрации отправляли в спецлагеря НКВД. Многие из подвергшихся спецпроверке на основании решений военных трибуналов объявлялись предателями Родины и направлялись в трудовые лагеря, где содержались как заключенные. Значительную часть офицеров в порядке наказания направляли в отдельные штурмовые стрелковые батальоны (штрафбаты) в качестве рядовых, и лишь после «искупления кровью преступлений» бывшие командиры восстанавливались в званиях и на штатных должностях.

Что касается репатриантов из числа гражданских лиц, то после регистрации и проверки органами НКВД во фронтовых СПП и пограничных проверочно-фильтрационных пунктах, проведения всех хозяйственных, медико-санитарных и других мероприятий мужчины призывного возраста направлялись в запасные части фронта, а все остальные отправлялись к месту постоянного жительства, но с запретом поселения в Москве, Ленинграде и Киеве.

С мая 1945 г. развернулась массовая репатриация советских и иностранных граждан, продолжавшаяся до марта 1953 г. Базовым документом этого процесса стал «План передачи через линию войск бывших военнопленных и гражданских лиц, освобожденных Красной Армией и войсками союзников».

Согласно архивным данным судьбы репатриантов сложились по-разному. Из 1 153 475 человек внутренних перемещенных лиц, т.е. перемещенных внутри СССР, к месту постоянного жительства было отправлено 831 951 человек (72%), из них мужчин - 165 644, женщин - 353 043 и детей - 313 264; были переданы на пополнение действующих частей, будучи мобилизованы по призывному возрасту через запасные части фронтов и армий - 254 773 человека (22,1 %); отправлены в распоряжение НКВД на правах спецконтингента - 66 751 человек (5,8 %). Что же касается советских граждан возвращенных из-за границы (классических репатриантов), то из числа 2 427 906 человек были отправлены к месту постоянного жительства (57,8 %); 801 152 человека мобилизованы в действующую армию (19,1 %); 608 095 человек зачислены в рабочие батальоны НКО (14,5 %); 272 867 человек переданы в распоряжение НКВД (6,5%); 89 468 человек находились на различных работах при советских воинских частях и учреждениях за границей (2,1 %). Сотни тысяч бывших советских граждан правдами и неправдами избежали репатриации, составив «вторую волны эмиграции». По данным Управления Уполномоченного СМ СССР по делам репатриации, на 1 января 1952 г., за границей продолжали находиться 451 561 советских граждан.

Большинство русских оказавшихся на правах перемещенных лиц («Ди-Пи») стремилось уехать как можно дальше от Европы, за океан. Но эта возможность открылась не сразу, лишь по мере ухудшения отношений между демократиями и СССР. Например, Канада принимала иммигрантов лишь в исключительных случаях, при наличии близких родственников и их поручительства. В других странах квоты на иммиграцию рабочих были в десятки раз меньше числа «ди-пи». И внутри этих квот, например, Аргентина не принимала лиц старше 45 лет; Австралия тоже установила предел у мужчин - до 45 лет, у женщин - до 30 лет, при доказательстве о наличии жилья за океаном.

http://www.cisdf.org/TRM/Ionzev/book-1.html
http://www.cisdf.org/TRM/Ionzev/book-1.2.3.html

http://scepsis.ru/library/id_1250.html


В отечественной историографии вопросы плена длительное время в широком спектре не были исследованы и освещены. Даже исходя из этого, историографию проблемы советских военнопленных Великой Отечественной войны можно условно разделить на два основных этапа.

Первый - 1941-1945 гг. характерен относительной закрытостью. В годы войны на страницах печати освещались лишь отдельные проблемы советских военнопленных. В их числе крайне тяжелые условия их содержания, жестокое обращение с ними немецких военнослужащих, несоблюдение вермахтом международных обязательств в соответствии с Гаагскими (1907 г.) и Женевской (1929 г.) конвенциями. В отечественной и зарубежной прессе публиковались официальные заявления и ноты советского правительства, обращенные ко всем государствам, с которыми СССР имел дипломатические отношения, к руководству нацистской Германии. Однако в этих материалах мы не находим рекомендаций или требований к мировой общественности, правительствам антигитлеровской коалиции по защите прав советских военнопленных. Нет сведений, что делало советское военно-политическое руководство по облегчению судьбы советских граждан, томящихся в фашистских застенках.(выделено мной-Н)

В послевоенное время, до 1949 г., о советских военнопленных на страницах печати старались не говорить. Лишь в начале 1950-х годов были проведены исследования советских юристов А.Б. Амелина, А.И. Полторака, П.С. Ромашкина, которые рассмотрели категории международного военного права с юридической точки зрения, в частности такие понятия, как вооруженные силы, комботанты, преступления против законов и обычаев войны.

Второй этап - 1956-2003 гг. начался с Постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР «Об устранении последствий грубых нарушений законности в отношении бывших военнопленных и членов их семей» от 29 июня 1956 г. и XX съезда КПСС. В это время проведены научные исследования Н.М. Лемещуком, В.Д. Петровым, К.М. Петуховым, А.И. Полтораком, В.Ф. Романовским и другими, где в той или иной форме рассмотрены вопросы плена. Существенно проблема советских военнопленных отражена в ряде сборников материалов Нюрнбергского процесса.

Характерным для второго этапа является появление историко-документальных, художественных произведений, монографий. К ним следует отнести труды Н.С. Алексеева, В.И. Бондарца, Е.А. Бродского, В.П. Галицкого, С.А. Голубкина, М.П. Девятова, Е.А. Долматовского, И.Г. Лупала, Г.Я. Пузеренко, П.С. Ромашкина, М.И. Семиряги и других. В 1990-е годы вышло в свет множество публикаций по вопросу военного сотрудничества советских граждан, включая военнопленных, с фашистами. Об этом писали А. Колесник, Н. Раманичев, Л. Решин, М. Семиряга, Б. Соколов, Ф. Титов и другие. Появился ряд исследований, посвященных репатриации бывших советских военнопленных. К ним следует отнести материалы, подготовленные В.Н. Земсковым, П.М. Поляком, А.А. Шевяковым, Ю.Н. Арзамаскиным и другими.

Следует отметить, что значительно раньше проблемой советcких военнопленных стали заниматься зарубежные историки. В их числе Е. Андреева, Н. Беттл, А. Верт, Д. Гернс, А. Даллин, Ш. Датнер, Н. Толстой, С. Фрёлих, И. Хоффман, У. Ширер и другие.

В целом же рассматриваемая проблема очень обширна и ждет обстоятельных исследований.
[i](Добавление)[/i]
Кроме германо-совецкой, в 20 веке проходили и другие войны.
Вспомним и о них.


Печально известный поход на Варшаву, закончившийся пленением боле 90 тыс красноармейцев. Об их участи заговорили только в связи с историей катынского расстрела.(!!!!)
Ни о самом факте пленения такого числа людей, ни о том, что же с ними стало, до 90-х годов никогда нигде не писали.


из интервью с профессором торуньского университета им. Николая Коперника Збигневом Карпусом (Zbigniew Karpus):


- В России звучат мнения, что смерть пленных явилась следствием целенаправленной политики уничтожения.

- Абсурд. Россияне долго искали документы, которые доказывали бы этот тезис. Были даже предположения, что поляки сознательно заражали пленных возбудителями болезней. Однако ничего убедительного в архивах не нашли. Польское государство было не тоталитарным, а демократическим, с многопартийной системой. Здесь была свободная пресса; журналисты, благотворительные организации и миссии «Красного Креста», в том числе советская, имели открытый доступ к лагерям. Мало того, эти лагеря находились не в глуши, а густонаселенных районах западной Польши. Это была не Сибирь, где с людьми можно было сделать что угодно. Тайное уничтожение пленных большевиков было технически невозможно.

- Были ли случаи садистского отношения к пленным?

- К сожалению, да. Например, случай капитана Вагнера и поручика Малиновского, которые издевались над пленными в Стшалково. Большевиков били палками, ногами, давали пощечины. За эти действия оба офицера были привлечены к ответственности, обоих посадили в тюрьму. Были и другие подобные случаи, которые, впрочем, широко освещались польской прессой. То, что Польша так решительно боролась со злоупотреблениями, пожалуй, лучше всего свидетельствует о том, что пленных убивать не собирались.

- Польско-советские отношения в межвоенное двадцатилетие были довольно напряженными. Разыгрывал ли СССР против нас когда-нибудь карту военнопленных 1920 года?

- Нет. Эту тему поднимал только председатель советской делегации Адольф Иоффе во время мирных переговоров в Риге в 1921 году. Он говорил об абсурдной цифре в 60 тысяч погибших. Потом эта тема совершенно сошла на нет. Москва не интересовалась ей вплоть до распада Советского Союза.


http://inosmi.ru/history/20110518/169541733-print.html




о проблеме финнских пленных в 41-44 годах:

http://www.nauka-shop.com/mod/shop/productID/8110/


Постоянно возрастающий приток пленных, особенно начиная с 1942 года, усложнил задачи, стоявшие перед медицинскими службами приемных пунктов и лагерей. Поступавшие в лагеря военнопленные нередко были ослаблены физически. В самих же лагерях катастрофически не хватало витаминных препаратов, в первую очередь никотиновой кислоты и дрожжей для лечения пеллагры. Нередко был дефицит вакцин против дифтерии и дизентерии. С питанием военнопленных в госпиталях дело обстояло также не лучшим образом.

Все эти недостатки и тяжелый физический труд серьезно влияли на смертность финских военнопленных. По моим данным финские пленные во время Войны-продолжения в основном умирали от дистрофии, дизентерии, пеллагры, дифтерии, то есть в основном от болезней, спровоцированных недостаточным и некачественным питанием. Таким образом, можно поставить под серьезное сомнение высказывание Владимира Галицкого, утверждавшего, что смерность финских пленных в СССР в 1941–44 гг. не была связана с недостаточным питанием. Впрочем, и сами работники медицинского отдела УПВИ в своих отчетах отмечали, что 60% всех смертей в лагерях УПВИ были от дистрофии.

Смертность финских военнопленных в СССР во время Войны-продолжения составила 32%, (для сравнения: в Финляндии умерло 29,1% от общего количества советских пленных, а в Германии – 57%) Добавлю от себя, что, как можно видеть из материалов начала темы, о точных цифрах тут говорить нельзя.

Чрезвычайно важно иметь в виду, что наша база данных финских военнопленных учитывает скончавшихся в лагерях и госпиталях финских пленных, умерших от ран непосредственно после захвата и растрелянных при пленении, во время транспортировки на сборные пункты. А в списки умерших советских военнопленных в Финляндии вошли только те, кто умер в лагерях и госпиталях на территории страны, т. е. только официально зарегистрированные и учтенные военнопленные.

Расстрелы военнопленных наиболее характерны для лета 1944, т.е, наступления Красной армии. Есть и упоминания о периоде Позиционной войны 1942-44 гг. Анализ приказов и распоряжений Штаб партизанского движения Карельского фронта показывает что во время войны партизанские отряды получали приказы уничтожать пленных после получения от них необходимой информации. Впрочем, такие распоряжения отдавались не всегда - часто в приказах Штаба строго указывалось на необходимость захвата и, что немаловажно, доставки в тыл военнопленных финской армии. Нередко и сами партизаны нарушали отданные им распоряжения и выводили в тыл солдат финской армии, проходя с боями многие километры.

Однако и в протоколах допросов финских военнопленных можно данные о расстрелах советских пленных финскими солдатами в тылу Красной армии. В качестве примера приведу выдержку из протокола допроса военнопленного Вилхо Матсинена[2], солдата диверсионно-разведывательного батальона Генерального штаба финской армии: «Поход – январь 1944 года... Если пленные будут иметь лыжи – привести их с собой, в обратном случае допросить и уничтожить на месте».

Вторая мировая война была отнюдь не малым локальным конфликтом, при котором можно было – да и то с трудом – выполнять в полном объеме требования Гаагской и Женевской конвенций. Нарушения международного права допускали все страны, вовлеченные в войну. Ни СССР, ни Финляндия, ни Германия, ни Великобритания, ни США не были исключением. Расстрелы военнопленных были, как ни цинично это звучит, довольно «обыденным явлением» во время войны. Все воюющие страны сталкивались с этим.

На основании имеющихся в монем распоряжении цифр о смертности финских пленных, я пришел к выводу, что наиболее тяжелыми для военнопленных периодами были 1942 год и осень 1944 года. В первом случае увеличение процента смертности связано с общим ухудшением продовольственного положения в СССР и вызванного этим уменьшением пайков военнопленных. Во втором случае, т. е. осенью 1944 года, из-за переподчинения ведомств, снабжавших медикаментами Череповецкий лагерь № 158, где сконцентрировали финнов перед возвращением на родину, сложилась критическая ситуация с вакцинами и сыворотками против дизентерии и дифтерии. Учитывая, что пленные были ослаблены постоянным недоеданием, становится понятным, почему процент заболевших и умерших среди них значительно вырос. Таким образом, в Советском Союзе во время Войны-продолжения скончались, с учетом расстрелянных в момент пленения, 997 финских военнопленных.


конец цитаты
___________



Автор диссертации склонен, так сказать, решать сомнения в пользу советской стороны, говоря судебным языком. Это можно понять. Но если мы вдумаемся непредвзято, то увидим, что проблемы высокой смертности по обе стороны фронта были схожи: скученность, эпидемии, нехватка средств лечения и продуктов.

Проблема постоянной нехватки продуктов питания в сталинском СССР остается за скобками данной темы. Замечу для сравнения, что проживающие на территории КВЖД русские эмигранатские хозяйства обеспечивали себя с избытком и еще кормили японскую армию.

_________________
[i](Добавление)[/i]
_____________http://rnns.ru/129995-sssr-otnoshenie-k ... -plen.html



Полная ясность в отношении позиции советского правительства возникла не позднее августа 1943 года. Чтобы дать понять советским военнопленным, что они не могут рассчитывать ни на какую помощь, верховное командование вермахта дало указание огласить во всех лагерях заявление, сделанное Кремлём в адрес Международного комитета Красного Креста:

“Россия не имеет своих военнопленных во враждебных странах. Русские, попавшие в руки врага, не выполнили своего долга погибнуть в бою. Вследствие этого глава русского государства не заинтересован в том, чтобы способствовать установлению международной переписки с военнопленными.”

При этом германской стороне не нужно было прибегать к фальсификации. С подобными заявлениями выступили тогда советские послы в Анкаре и Стокгольме.

***


В других странах пленные были встречены на родине со всеми почестями, были приняты меры, чтобы компенсировать им вынесенные лишения и облегчить включение в нормальную жизнь. Национальная лояльность немецких военнопленных в Советском Союзе никогда не подвергалась сомнению.

Вернувшись на Родину, они могли рассчитывать на особое сочувствие со стороны немецкого населения. Даже в Японии, где, подобно СССР, сдача в плен считалась тяжелейшим преступлением, полное поражение страны привело к переосмыслению отношения к пленным. Так как без всяких условий капитулировала целая нация, индивидуальная капитуляция потеряла свой характер бесчестья.

Иначе было в Советском Союзе. Сразу после капитуляции Германии Сталин приказал организовать при фронтовых армиях 100 “фильтрационных лагерей”, в которых бывшие пленные, по 10 000 в каждом, должны были пройти проверку со стороны контрразведки “Смерш”. У пленных, правда, создавалось впечатление, что они избегнут наказания: “Родина зовёт!” – так называлась газета, издававшаяся для пленных, ожидавших в Германии своей репатриации. “Родина вас простила!” – могли они прочитать там. До 1 октября 1945 года было “профильтровано” 5, 2 млн. советских граждан – пленных, рабочих принудительного труда, но также и жителей оккупированных советских территорий. До сих пор неизвестно, каков процент тех, кто был приговорён к наказанию.

Приговоры к смертной казни выносились, по-видимому, только высшим офицерам. Пленные, прошедшие проверку в “фильтрационных лагерях”, по большей части, как кажется, были приговорены к 10 годам каторжных работ. Тот факт, что вернувшиеся на Родину вынесли в германском плену тяжелейшие испытания, ни в малейшей степени не повлиял на решение Сталина. Что при всем этом речь шла не об установлении индивидуальной вины каждого, видно из того, что те пленные, которые в роли лагерных полицейских сотрудничали с немцами и мучили своих же товарищей по плену, получили ту же меру наказания, что и их жертвы. Но и те, которые избежали приговора и нового заключения в лагере, несли нас себе клеймо; они подвергались особой регистрации и находились под подозрением у органов госбезопасности.

Весной 1957 года, после XX съезда партии, на котором Хрущёв разоблачил преступления Сталина, осуждённые были амнистированы и выпущены на свободу. Ко многим фактам “чёрной иронии” в их судьбе относится и тот, что ещё в 1955 году, в связи с так называемой “аденауэровской амнистией” были амнистированы советские граждане, отбывавшие наказание в каторжных лагерях за сотрудничество с немцами. Амнистия весны 1957 года не означала, однако, полной реабилитации бывших военнопленных. Вопрос о полной реабилитации рассматривался после XX съезда, но она так и не была осуществлена. Бывшие военнопленные хотя и вышли на свободу, но продолжали носить на себе клеймо. Их укоряли в том, что они “отсиживали время”, “ели фашистский хлеб”, не имея ни малейшего представления о том, что это означало в действительности. Как и во времена Сталина, пребывание в плену считалось пороком, который носители его старались скрывать. Вплоть до 80-х годов в официальных анкетах требовалось указывать даже пребывание в плену близких родственников……

И в брежневские времена судьба бывших советских военнопленных оставалась запретной темой. Поэтому неудивительно, что первое детальное исследование судьбы советских военнопленных, вышедшее в свет в 1978 году в ФРГ, хотя и было сразу же переведено на русский язык для внутреннего пользования в Институте военной истории при советском Министерстве обороны, но одновременно под грифом “совершенно секретно” было спрятано под замок…….


______________



Добавлю от себя.

Фритц Венцель в книге Обратный билет пишет, что в канадский лагерь, где он находился, постоянно приходили письма из военного управления вермахта, где содержались рекомендации и советы для пленных . В частности, в конце 44 года прозвучало: готовиться и осваивать мирные специальности, из чего был сделан логичный вывод, что поражение неизбежно...
На отношение к пленному как к предателю со стороны своего армейского руководства нет даже намека ни в каких воспоминаниях немецких солдат, так что в этом ставить на одну доску коммунистов и НС нельзя.

_________________



Когда говорят о немецких пленных в союзе, то вспоминают обычно сталинградский переход по ледяной пустыне.
О нем много известно, не будем повторяться.

А вот про 45-й год:



Даже весной 1945 года, когда пленных со сборных пунктов в тыловые лагеря доставляли эшелонами, смертность “в пути следования и при разгрузке” доходила до 20 процентов: “Только, согласно акту приёмки, лагерем № 183 контингента пленных численностью 1394 человека, прибывшего 8 марта 1945 г. эшелоном № 47680 из лагеря № 242 ст. Енакиево, живыми были принято 1108 человек”.

Кроме обычного бюрократизма, неорганизованности, безразличия и пренебрежения, имелось ещё весомое “во-вторых”. С самого начала, а особенно в период страшных военных поражений, в сознании советского народа раскручивали маховик ненависти ко всему немецкому. “Клич “Убей немца!”, - вспоминает Верт, - стал в России выражением всех десяти заповедей, слитых в одну”.

“Можно всё стерпеть – чуму, голод, смерть, - писал Илья Эренбург”. – Нельзя стерпеть немцев…..Не жить нам, пока живы эти серо-зелёные гады. Нет сейчас ни книг, ни любви, ни звёзд, ничего, кроме одной мысли: убить немцев. Перебить их всех. Закопать…..Мы поняли: немцы не люди. Отныне слово “немец” для нас самое страшное проклятие. Не будем говорить. Не будем возмущаться. Будем убивать”.

“Сколько раз увидишь, столько раз и убей”, - призывал Константин Симонов.

“Фашиста умертвить – доброе дело сотворить”, - сочиняли безвестные пропагандисты.

Тон задавал сам Верховный Главнокомандующий, неоднократно заявлявший: “Немецкие захватчики хотят иметь истребительную войну с народами СССР. Что же, если немцы хотят иметь истребительную войну, они её получат….Мы хотим освободить нашу советскую землю от немецко-фашистских мерзавцев….Для осуществления этой цели мы должны разбить немецко-фашистскую армию и истребить немецких оккупантов до последнего человека”.


“В каждый вагон набивали по сотне человек; отхожим местом служила дыра, вырезанная в полу. Весна выдалась затяжная, и по ночам часто случались заморозки, пленные дрожали от холода, не имея возможности даже подвигаться, чтобы согреться. В пути их кормили хлебом и исключительно солёной рыбой, при этом воды почти не давали. Пытаясь утолить жажду, заключённые слизывали капельки влаги, конденсирующиеся на металлических деталях внутри вагонов. На остановках пленные жадно набивали рты талым снегом, но это было небезопасно, и многие умерли по дороге. Трупы складывали у дверей вагонов, чтобы потом вынести. На каждой остановке русские, открывая задвижку, спрашивали: “Сколько капут?” Некоторые “путешествия” длились по двадцать- тридцать дней. В одном вагоне из ста человек в живых осталось только восемь”.

К началу 1944 года в системе УПВИ НКВД СССР находилось чуть более 100 тысяч военнопленных. Учитывая, что после Сталинградской битвы за период с 3 февраля по 31 декабря 1943 года в “систему” поступило 65,5 тысячи, то вырисовывается убыль примерно 220 тысяч человек в течение одного года (если верить другим исследователям из того же министерства, признанным официально, то с 1 января по 31 декабря 1943 года военнопленных противника захвачено – не забудем разницу между понятиями “захвачено” и “принято на учёт органами НКВД” – 442 623 человека, а до этого захвачено ещё 189 428 человек; в итоге на 1 января 1944 года – 636 051 военнопленный. А числилось в “системе” чуть более 100 тысяч. Страшненькая цифра получается).

Война была жестокой, беспощадной, буквально “аннигиляционной” с обеих сторон. Просто историю писали победители. Гитлер, “вероломно” напав на Советский Союз, оказал Сталину большую услугу морального плана: “Они первыми начали!” А если бы мы? Сколько народа, зачисленного во “враги народа”, получило пулю в затылок в результате “освобождения” Западной Белоруссии и Западной Украины в 1939 году?

До самой Победы и после неё в лагерях военнопленных продолжали “иметь место факты недостатка питания” и “отмечались перебои в снабжении”, попросту говоря, голод.

Так, в Белоруссии, как отмечалось в приказе наркома внутренних дел С. С. Бельченко, в Бобруйском лагере № 56:

“За период с 4 сентября по 31 октября 1944 года умерло 52 человека, из них от воспаления лёгких – 34, дистрофии – 18. Только за третью декаду октября умерло 27 военнопленных. Лазарет лагеря, где на 27 октября 1944 года содержалось 473 человека, располагался в неприспособленном помещении, приём больных был неупорядочен, в палатах царили грязь, спёртый воздух, зловоние. Содержащиеся в оздоровительной команде 604 военнопленных, в том числе 288 больных дистрофией, не были обеспечены нарами, питание не соответствовало необходимым нормам по банальной причине – продукты разворовывались персоналом. Аналогичное положение отмечалось в Витебском лагере № 271, где за сентябрь 1944 года смертность составила 143 случая, причём за последнюю декаду октября умерло 99 человек. Имевшаяся возможность направить тяжёлобольных в госпиталь Наркомздрава, расположенный в 15 км от лагеря, не использовалась ”.

Мало чем отличалось в других лагерях. Заболеваемость и смертность оставались высокими и на протяжении всего 1945 года. А также зимой 1946-го, когда пленным выдавали 100—200 граммов хлеба – “из-за засухи и вызванного ею неурожая” и “по причине неорганизованности и нераспорядительности администрации”. В Минском лагере № 168 за зиму умерли 469 человек, в Полоцком № 243 – 268, по Белоруссии в целом за три месяца – 1210.

Всего, по официальным данным, в СССР умерло более 580 тысяч военнопленных.


Нашёл товарищ Сталин и адекватный ответ на угон советских граждан на работу в Германию. В начале февраля 1945 года Государственный комитет обороны предписал мобилизовать в советской зоне оккупации всех годных к физическому труду немецких мужчин в возрасте от 17 до 50 лет. Причём тех лиц, в отношении которых устанавливали, что они служили в Вермахте или были записаны в фольксштурм, “брали в плен” и направляли в лагеря НКВД. Из остальных германских граждан формировались отдельные рабочие батальоны численностью по 740-12-00 человек. Надо понимать, контингент батальонов военнопленными не считались (их классифицировали по графе “мобилизованные”), при этом “как правило, условия жизни и труда ОРБ были хуже, чем в лагерях НКВД-МВД”.

В январе – апреле 1945 года в СССР для использования на работе, в первую очередь в Белоруссии и на Украине, было завезено 208 тысяч гражданских интернированных лиц (по другим данным, 303 тысячи), в том числе 51 138 женщин, которых свели в 221 рабочий батальон. Вымирали они в этих батальонах как мухи, смертность составляла от 19,2 до 38,9%. Только по Минской области только в 1945 году в отдельном рабочем батальоне № 2031 умерли 233 человека, № 2032 – 104, № 2033 – 160, № 2034 – 241, № 2035 – 410 (кроме того, часть рабочих батальонов относилась к “системе” Наркомата обороны, в Белоруссии в них содержалось более 14 тысяч человек).

Всего в СССР умерли 66,5 тысячи мобилизованных “вестарбайтеров”.

Показатели смертности снижали за счёт того, что с января 1947 года военнопленных и мобилизованных, потерявших трудоспособность, но взамен приобретших инвалидность, стали отправлять на родину, три месяца спустя начался процесс репатриации. В начале мая 1950 года в советских средствах массовой информации появилось сообщение об окончании репатриации из Советского Союза немецких военнопленных. Но не всех. Более 13 тысяч граждан Германии продолжало оставаться в качестве осуждённых и подследственных за тяжкие военные преступления. Самых “заядлых” уже повесили в 1945—1947 годах.

Но в 1949 году, вместе с новой волной репрессий в СССР всё началось по новой и в лагерях. Генералу фон Зейдлицу, давно завербованному НКВД и предлагавшему сформировать для штурма Берлина корпус из лояльных пленных под своим командованием, влепили двадцать пять лет. Генерала Штрекера признали виновным в разрушении Сталинградского тракторного завода. Лётчика-аса Эриха Хартмана, сбившего 252 самолёта, обвинили в повреждении авиационной техники, являвшейся собственностью советского правительства. В лагеря снова зачастили оперативно-следственные группы в поисках фигурантов для новых дел.

“В большинстве следственных дел, - сообщает профессор Академии МВД Республики Беларусь А. В. Шарков, - которые вели оперативные аппараты лагерей, обвинения в отношении военнослужащих строились на их собственных показаниях. Достаточно было обвиняемому по какой-либо причине отказаться от своих прежних показаний, как других изобличающих его материалов в деле не оставалось…..Данная практика наводит на мысль о том, что основная цель следствия заключалась не столько в сборе и документировании неопровержимых фактов, изобличающих вину преступников, сколько в получении их признания. Это во многих случаях вело к злоупотреблениям, порой имевшим тяжкие последствия. В частности, в июне 1946 года во время допроса военнопленного лагеря № 168 Ковальцига начальник следственного отделения лейтенант Марьин применил к нему меры физического воздействия, в результате чего военнопленный получил перелом остистого отростка поясничного позвонка. После допроса Ковальциг, помещённый в одиночную камеру предварительного заключения, в ночь на 15 июня повесился. Вот почему, на наш взгляд, к цифрам, характеризующим количество привлечённых к ответственности, надо относиться осторожно: в их число, по всей видимости, попали и невиновные“.

В их число только в БССР попали 239 женщин и 44 ребёнка в возрасте до 14 лет. Большинство из них освободили после визита канцлера Аденауэра в Москву в сентябре 1955 года, согласно Указу Президиума Верховного Совета “О досрочном освобождении германских граждан, осуждённых судебными органами Советского Союза в период войны”. Но вот что интересно: в статусе военных преступников в распоряжение правительств ГДР и ФРГ было передано лишь 749 человек.

Из 108 тысяч “сталинградских немцев” домой вернулись 6 тысяч. Что касается итальянцев, то их выпустили чуть больше 21 тысячи – всё, что осталось. Последнего “итала” случайно обнаружили в киевском дурдоме в 1956 году”. (Владимир Бешанов “Год 1943 – “переломный”, Москва, 2008 год, стр. 113—124).

Из 3 155 000 немецких пленных в Советском Союзе, по оценкам одной комиссии историков ФРГ, погибло примерно 1 185 000 человек (37,5%). (“Вторая мировая война. Взгляд из Германии”, Москва, 2005 год, стр. 234).
______________Интересный материал о взаимоотношениях военнопленных с женщинами:


Сотрудницы, замеченные в «порочных связях» с военнопленными, обсуждались на партсобраниях. Наказанием «за вступление в интимные отношения с немцами - врагами всех миролюбивых народов всего мира» служило исключение из партийных рядов и увольнение с работы. В одном из протоколов заседаний парторганизации спецгоспиталя № 2715 (пос. Чагода) отмечалось: «10.XI.45 г. дежурная медсестра А. всю ночь находилась в 8 палате, где сидела на койке военнопленного Вальтера и вела разговоры, касающиеся их любви. По некоторым данным, это наблюдается не в первый раз». В ходе расследования установленного факта выяснилось, что ранее подозреваемая халатно относилась к обслуживанию раненых и больных бойцов Красной армии. Один раз она закапала больному в ухо вместо ушных капель скипидар, в другой – вместо порошка для желудка дала марганцовки 9[Вологодский областной архив новейшей политической истории (далее - ВОАНПИ), ф. 5765, оп. 1, д. 4, л. 30.]. Реакция партбюро оказалась вполне предсказуемой: медсестра была уволена с работы и исключена из списка кандидатов в члены ВКП(б), а военнопленный Вальтер был выписан из спецгоспиталя и отправлен в штрафную бригаду на торфоразработки 10[Архив УВД ВО, ф. 10, оп. 1, д. 17, л. 47.].


http://www.booksite.ru/pressa/192.htm



Борьба с интимными связями проводилась как по линии политотделения, так и по линии оперативного отделения. Со всеми женщинами-сотрудницами проводились собрания и беседы по вопросу о взаимоотношениях женщин сотрудниц лагерей с контингентом военнопленных. Кроме того, с теми женщинами, которые по роду своей работы тесно соприкасались с военнопленными, проводились индивидуальные беседы. Политотделениями лагерей был разработан курс лекций о «священной ненависти» советских людей к гитлеровским захватчикам. Подчеркивалось, что «советская женщина, испытав плоды своего свободного труда и счастливой жизни, никогда не будет рабом фашизма» 15[Там же, д. 95, л. 36.]. Поведение сотрудниц, имевших интимные отношения с военнопленными, объяснялось, в первую очередь, их «классовой незрелостью». Так, в характеристике на одну из женщин-врачей, «неформально» общавшуюся с военнопленными, указывалось, что она происходит из зажиточной семьи, которая имела большое количество скота и использовала наемную рабочую силу 16[Там же, д. 17, л. 22.]. Таким образом, сотрудниками политотдела формировалось общественное мнение, что позволяло разоблачать связи не только оперативным аппаратом лагеря, но и силами самого коллектива сотрудников.
По линии оперативно-чекистских отделов инструктировалась агентурно-осведоми-тельная сеть, работавшая среди личного состава с целью вскрытия фактов связи сотрудниц с лагерным контингентом. Так, в лагере № 158 были завербованы 3 осведомителя из числа женщин, которые были направлены исключительно на выявление подобных фактов.

_________________]]> Sun, 29 Apr 2012 09:24:07 +0400 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=38&postid=1335676510#1335676510 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=37&postid=1333564419#1333564419 В форуме: Примирение
Автор: Administrator
----------
Образование в условиях оккупации.
При создании органов местного самоуправления в их структуру обязательно включался отдел просвещения или школьный отдел, в задачи которого входили обеспечение сохранности школьного имущества, учет педагогических кадров, поддержание порядка в учебных заведениях. Оккупационным властям пришлось настраиваться на долговременное сотрудничество с населением Советского Союза. Для этого были необходимы демонстрация внимания к нуждам населения, с одной стороны, а также эффективный контроль за настроениями населения, в первую очередь интеллигенции и молодежи, — с другой. Это достигалось путем воспитания советских граждан, в основном подрастающего поколения, в духе лояльности к нацистскому режиму, что осуществлялось посредством системы образования. С этой целью с весны — лета 1942 г. повсеместно началась работа по подготовке школ к учебному процессу. Данные о работе школ до этого периода практически отсутствуют.

В процессе подготовки отделами просвещения была проделана огромная работа, которая в первую очередь коснулась корректировки учебных программ. Так, в программу начального образования включалось не более семи предметов: русский язык (сюда же входили пение, рисование, чистописание), немецкий язык, арифметика, география, естествознание, рукоделие (для девочек) или труд (для мальчиков), физкультура. Почасовой объем обучения предусматривал 18 часов в неделю для учащихся 1-х классов, 21 час — для учащихся 2-х классов, 24 часа — для учащихся 3-х классов, 26 часов — для учащихся 4-х классов. В изданном германскими властями «Предписании для учителей» содержатся конкретные требования к знаниям по тому или иному предмету, указания по их изучению. Так, в результате четырехлетнего изучения немецкого языка учащиеся должны уметь «изъясняться по-немецки в повседневной жизни», курс русского языка предусматривал овладение навыками чтения, грамматику рекомендовалось изучать «постольку, поскольку это необходимо для достижения указанной цели». В процессе обучения природоведению рекомендовалось заниматься «преимущественно теми животными, растениями и явлениями природы, с которыми детям приходится иметь дело». Курс арифметики включал: для 1-х классов — действия с числами от 1 до 10, для 2-х классов — от 10 до 100, для 3-х классов — от 100 до 1000, в 4-х классах — от 1000 до любой величины. На уроках пения позволялось «петь только русские народные и церковные песни. Пение песен политического содержания воспрещается».

Наряду с корректировкой программ изымались предметы, которые отделы просвещения сочли ненужными. Так, в первой семилетней школе Брянска на 1942/43 учебный год было запланировано преподавание всего семи предметов: русского и немецкого языков, Закона Божьего, математики, физики, химии, географии. Впоследствии в программу школ Брянского округа решили добавить еще четыре дисциплины: географию, историю, естествознание и обществоведение.

В ряде школ вводился новый предмет — Закон Божий, к преподаванию которого привлекались наспех подготовленные для этой цели законоучители. Однако повсеместного охвата школ этим предметом не произошло, в основном из-за нехватки соответствующих учителей, а также из-за нежелания подрывать авторитет новой власти. Так, в Клинцовском округе, включавшем десять районов, окружной бургомистр Грецкий, выступая 18 мая 1942 г. на совещании районных бургомистров, выразил недовольство по поводу широкого охвата школ преподаванием Закона Божьего. При этом пояснил: «Хотя нет возражений против преподавания этого предмета, но за отсутствием в данное время квалифицированных преподавателей предлагается по принципиальным причинам воздержаться от преподавания этой дисциплины, чтобы не создавать ложного представления об учителе, так как эти же учителя в советской школе говорили совсем другое». К концу 1942 г. удалось наладить преподавание Закона Божьего в большинстве школ. В частности, на декабрь 1942 г. из четырех школ Брянска Закон Божий не преподавался лишь в школе № 3 по причине отсутствия преподавателя. В других трех брянских школах этот предмет вели женщины, выделенные церковной администрацией. В школах № 1 и 2 Закон Божий не входил в перечень обязательных дисциплин, его посещали лишь дети, родители которых выразили такое желание. В некоторых оккупированных областях преподавание Закона Божьего в светских школах началось с еще большим опозданием. Так, в школах Смоленска этот предмет был введен лишь в мае 1943 г., преподавали его священнослужители церквей города. В частности, в школе № 3, по просьбе ее директора В.Н. Гришина, Закон Божий вел настоятель Гурьевской церкви Евгений Лызлов. Предмет воспринимался школьниками с большим интересом, а их родители поддерживали введение Закона Божьего в школьную программу.

Особое отношение как у германских оккупационных властей (политического отдела), так и у отделов просвещения было к истории, как предмету идеологически нагруженному. Хотя ведущее место и отводилось истории России, однако учителям предписывалось делать основной акцент на положительные стороны европейской ориентации России. Например, при изучении колонизаторской деятельности самодержавия требовалось особо подчеркивать позитивные итоги переселения немецких крестьян в Россию. Необходимо было останавливаться на эпохе русского абсолютизма, истории развития крестьянства, крестьянских реформ. Обязательным разделом стало изучение истории христианства в России, его положительного влияния на все стороны политики и быта населения. Напротив, в ходе уроков, посвященных истории еврейства, от учителей требовалось не жалеть черной краски, освещая негатив, внесенный евреями в российскую историю.

В ходе изучения тех или иных событий от учителей истории требовалось умение дать им нужную трактовку. В частности, уметь провести параллели между «созидающей» и «разрушающей» революцией. Под первой понимался приход нацистов к власти в январе 1933 г., под второй — приход к власти большевиков в октябре 1917 г. При этом учителю вменялось в обязанность разоблачать большевизм и марксизм «как чуждые и лживые доктрины».

Ввиду всего этого к историкам-предметникам предъявлялись особые требования, им необходимо было иметь «культурную зрелость и наличие знаний европейской культуры». С этой целью на различных учительских комиссиях в повестку дня включались доклады с критикой марксистских основ истории. Попутно из учебников и программ изымался весь тенденциозный материал, например восхваляющий советский строй. Однако учителей, полностью удовлетворяющих предъявляемым требованиям, остро не хватало, поэтому в ряде школ предмет истории вообще не включался в программу.
[i](Добавление)[/i]
Обучение школьников в большинстве случаев производилось по советским учебникам, которые по указанию местных комендатур подвергались корректировке. В частности, из всех учебников, даже математических задачников, исключались неологизмы, возникшие при советской власти. Например, производилась следующая замена слов: «колхоз» — «деревня», «колхозник» — «крестьянин», «товарищ» — «гражданин», «господин», «СССР» — «Россия», «советский» — «русский» и т. д. К этой работе привлекались коллаборационисты из числа школьных учителей и руководящих работников отделов просвещения городских и районных управ. Так, в Брянске накануне нового учебного года, в августе 1942 г., при школьном отделе Брянской окружной управы приступила к работе Особая комиссия по корректированию программы и пересмотру школьных учебников, созданная из городских и сельских учителей. По сообщению прессы, «на долю этой комиссии выпала большая работа по очистке программы и учебников от всякого коммунистического хлама и подбору более ценного материала». Лишь в северных областях РСФСР для русских школ использовались изданные в Риге учебники. Тиражи были недостаточными, ввиду чего при распределении учебников по школам один учебник приходился на трех учащихся. Однако ввиду недостатка новых учебников и запрета использования советских немало школ, в частности Калининской области, осуществляли лишь словесное обучение — без учебной литературы.

Значительное место уделялось воспитательной работе, которая в основных чертах копировала воспитательную работу, существовавшую при советской власти, изменения коснулись лишь ее идеологической направленности. Так, на оккупированной территории Калининской области обязательными стали регулярные беседы на темы «Германия — освободительница русской земли от большевистского ига», «Чтение биографии Адольфа Гитлера». В одном из планов воспитательной работы 4-го класса говорилось о необходимости «прививать навыки духовной культуры: а) повседневно следить и требовать от детей вежливого отношения к учителям, к родителям, ко всем старшим, особенно к германскому командованию, германским солдатам; б) научить молиться Богу путем активного участия на общей линейке утром и после уроков на молитве в классе; в) научить детей благоговейно относиться к иконам и церкви путем бесед в четверг на каждой неделе». Однако основная ориентация делалась на положительный пример Германии. Так, в плане воспитательной работы 5-го класса на этот счет говорилось: «В ежедневной работе с классом подчеркивать разницу в зажиточной, культурной и счастливой жизни рабочих и крестьян новой Европы и закрепощение их в советской России благодаря методам марксизма. Прививать любовь к труду, особенно к труду крестьянина, указав, что в Германии работа крестьянина почетна и трудовая повинность обязательна».

Соответствующей идеологической обработке подвергался и педагогический персонал, которому вменялось, в добровольном или принудительном порядке, следовать установкам оккупационных властей и органов местного самоуправления. В изданном германскими властями «Предписании для учителей», в частности, говорится: «Учителя обязаны во всех отношениях считаться с интересами германских военных властей, нарушение этого принципа будет считаться саботажем и караться по законам военного времени». Так, в Орле учителя, даже неработающие, были обязаны прослушать «Курс педагогической переподготовки». В Ржеве Калининской области работу школ контролировал представитель комендатуры обер-лейтенант Роланд Фрайхерт. Он надзирал за настроениями учителей, особенно преподававших идеологически нагруженные дисциплины — литературу, историю, обществоведение, географию. Проводя собрания учителей, он внушал, что «ничего коммунистического, советского не должно быть. В советской школе нет порядка. Ученики недисциплинированны, невоспитанны и безграмотны». В Брянске для учителей открылась специальная политическая школа, контролировал работу которой офицер гестапо, историк по образованию, Ферч. Штат сотрудников политшколы включал начальника, библиотекаря, лекторов, работников канцелярии — всего пять-шесть человек. Помимо привития интеллигенции нужной идеологии, школа готовила кадры пропагандистов, для чего организовывались курсы, программа которых предусматривала усвоение десяти тем соответствующей направленности: «Биография А. Гитлера», «Новая Европа», «Расы и расовая теория» и т. д. Политшкола стала в некотором роде координирующим центром, ответственным за проведение мероприятий, направленных на политическую переподготовку учителей, составление учебных планов. В дальнейшем на базе политшколы планировалось открыть курсы для учителей, где бы они получали знания о Германии и национал-социализме. Кроме того, использовались иные методы идеологического воздействия на учителей. Так, 26–28 сентября 1942 г. в Брянске прошла учительская конференция. В прозвучавшем на ней докладе «О задачах новой школы» инспектор окружной управы отметил, что объем знаний остается прежним, но меняется их идеологическая направленность. В ходе работы учительских предметных секций просматривались учебные программы, из них изымался идеологически неприемлемый материал. Так, из программ начальных классов изымались все коммунистические песни, в частности «Марш октябрят». Учителям же «рекомендовалось» больше знакомить учащихся с бытом германского рабочего. 18 января 1943 г. начали работу десятидневные курсы для учителей, преподававших историю в школах Брянского округа.

Что касается контингента коллаборационистов в сфере образования, его составляли в основном бывшие учителя, методисты, директора школ, сотрудники РОНО, которых за линией фронта осталось достаточное количество. Так, в Ржевском районе было зарегистрировано 150 учителей, из них 40 — в Ржеве. Директором открывшейся в период оккупации гимназии № 1 Ржева стал бывший директор средней школы № 8 Е.И. Гаврилов, завучем — бывший директор средней школы № 5 А.И. Милославский. В Новоржевском районе Ленинградской области, население которого составляло 100 тысяч человек, в период оккупации в 55 начальных школах работало 115 учителей. По Почепскому району Орловской области из 2498 рабочих и служащих 216 человек составляли учителя, то есть педагогических работников было 8,6 % от общего количества трудящихся. Подавляющее большинство оставшихся за линией фронта учителей добровольно встало на путь коллаборации, по крайней мере, острого недостатка в педагогических кадрах не было. В некоторых случаях в сфере образования трудились литераторы, работники культуры. Так, Новгородский отдел народного образования возглавил писатель и поэт А. Егунов, творивший под псевдонимом Андрей Николев, автор вышедшей в 2002 г. книги «Елисейские радости».

В то же время немало педагогических работников, за недостатком рабочих мест в системе образования, было вынуждено устраиваться на ответственные должности в органы местного самоуправления или немецкие комендатуры. Так, в Красногородском районе Калининской области начальником паспортного стола районной управы служила педагог-орденоносец М.В. Виталева, заведовала женским отделом районной биржи труда педагог, комсомолка B.C. Карузина. Они же являлись оплачиваемыми немецкими агентами. Учитель М.И. Полессков в оккупацию заведовал паспортным столом Хомутовского района Курской области, педагог И.Е. Трощановский работал секретарем заместителя бургомистра Почепского района Орловской области. Однако основную массу неработающих учителей использовали на физических работах: по строительству дорог, на лесоразработках, на разгрузке вагонов и т. д. Иногда работающие, но свободные от занятий учителя, например в дни каникул, также могли быть использованы на физических работах по распоряжению бургомистров и волостных старшин.]]> Wed, 04 Apr 2012 22:34:15 +0400 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=37&postid=1333564419#1333564419 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=36&postid=1333100264#1333100264 В форуме: Примирение
Автор: Administrator
----------
Рассказывает немецкий солдат
( военная драма)
автор Юлия Глухова
консультант Клаус Фритцше, немецкий ветеран 2 МВ, бывший курсант антифашистской школы в Талице.

Mir fallt es schwer mich an die Kriegsjahre zu erinern…
( мне до сих пор тяжело вспоминать военные годы)

Пролог
Шёл ноябрь 1944 года. Нас, как фронтовых уполномоченных Комитета Свободная Германия, направили в спецгруппу НКВД для координации совместных действий.
Мы — это три пленных немца, решительно порвавших с нацизмом и прошедших подготовку в Антифашистской школе в Красногорске: Курт, Гельмут и я - Ульрих Заубер.

Сначало семеро русских парней, которым предстояло стать нашими партнёрами по спецоперации, встретили нас настороженно. Но за две недели мы научились доверять друг другу и можно сказать по-настоящему сдружились между сообой.
Я и Курт неплохо говорили по-русски, советский лейтенант в совершенстве знал немецкий, и однажды между нами возник весьма интересный разговор.
В ту ночь мы долго не могли заснуть, ворочались на тесных двухэтажных нарах в казарме, и вдруг Владимир спросил:
«-Эй, Гельмут, Ульрих, сознавайтесь, у вас на оккупированной территории русские девчата были ? Не врите, что нет ! Вон даже песню поют : " молодые девушки немцам улыбаются, позабыли девушки о парнях своих . "
-Эх, Володька, бабы тоже разные бывают . Есть ведь такие продажные , кто за банку тушёнки с самим чёртом в кусты пойдёт. - хмыкнул Николай.
-Голодали они , детей нечем кормить было . Не надо , парни , судить строго. Когда в доме детишки от голода плачут, мать на многое может решиться , - отозвался со своей койки Гельмут.
-Ага, я хотел с одной познакомиться , так она меня чуть коромыслом по башке не огрела ! - поднимается на постели Курт.
И тогда я решил рассказать , как мы на самом деле налаживали отношения с русской женщиной . Помню её , до самой смерти своей не забуду.
Не то чтобы любовь у нас большая была : с моей стороны просто страсть молодая вспыхнула , а она так вовсе меня не любила...скорее даже ненавидела , как потом сама призналась. Хотя, как гласит русская поговорка « от любви до ненависти один шаг »
Уверен, и от ненависти до любви не дальше.

Рассказывает бывший ефрейтор Вермахта Ульрих Заубер:
Случилось это всё в 1942 году, в маленьком южном городке, где мы жили перед заброской на Кавказ. Германские части оккупировали этот город две недели назад. Была весна , моё настроение было приподнятым и благодушным: наши войска наступали по всем направлениям , я наконец-то попаду на Кавказ и скоро буду в настоящем деле. Всё вокруг радовало мой взгляд , напоминая о далёком детстве : и старые саманные домики , утопающие в пышном белом цветении абрикосовых деревьев , и покосившиеся заборы с жёлтыми пушистыми одуванчиками около них , и даже глубокие лужи на дороге казались живописными из-за отражающегося в них голубого неба . Настроение портило только занудное ворчание ротенфюрера Мартина Штольца , который брезгливо переступая своими начишенными сапогами лужи , не переставал твердить об «убожестве этой большевистской страны.»

Однако, я про Лару с её семьёй обещал рассказать. Пять человек из нашей роты распределили на постой в их дом. Мартин и Удо выгнали русских в сарайчик, там хозяева курей раньше держали. Но куриц наши двое "бравых солдат СС " в первый же день переловили и сварили. Ой, это было так смешно смотреть, мы с Генрихом чуть с забора от хохота не свалились, глядя, как эти два курощупа с растопыренными руками гоняли по пыльному двору трёх тощих голенастых куриц, и как эти птицы стремглав проскальзывали между их ног! Но в конце концов пернатые были пойманы и оказались в нашем котле.
- Чуть от хохота с забора не свалились, - мрачно буркнул Владимир. – А тебе не пришло в голову, что хозяйка берегла этих курей, чтобы хоть по яичку в день для голодного ребёнка было.
-Господин лейтенант, но мы тогда и думать не могли, что местные настолько голодают.
Погода была чудесная, солнце грело совсем по-летнему, мы скинули мундиры и остались в одних майках . Пиршество было решено устроить прямо во дворе , под навесом. Герстнер вывалил из своего походного ранца консервы, Удо надёргал в хозяйском огороде зелёного лука и чеснока, Мартин с довольной улыбкой разлил по кружкам шнапс из фляги. Потёк застольный разговор, то и дело перемежающийся солёными солдатскими шуточками и громким мужским хохотом.
Мы сидели во дворе под навесом и ели, облизывая пальцы после курятины, а маленькая хозяйская дочка смотрела на нас огромными голодными глазами , стоя в дверях сарайчика. На вид ей было года три, ручки и ножки у неё были тоненькие, как спички, пёстрая вязаная кофта, явно с чужого плеча, доставала ей ниже колен.
Я взял со стола кусок и подошёл к ребёнку, но она отскочила от меня как испуганный зверёк, забилась в угол и, закрыв лицо грязными ручонками, отчаянно заплакала. На её рёв из-за деревянной перегородки выскочила женщина, с повязанным по самые глаза тёмным платком , схватила девочку на руки и крикнула : " Хоть ребёнка оставьте в покое, ироды ! "
-Фроляйн, я не кусаюсь, не надо так бурно реагировать ! Успокойте ребёнка и успокойтесь, пожалуйста, сами. Я просто хотел покормить девочку, видно, что она голодна, - я постарался изобразить на своём лице одну из самых добродушных улыбок, но русская и не думала улыбаться в ответ .Она стояла , выпрямившись во весь свой небольшой рост и неприязненно сверкала на меня своими карими глазами , её взгляд обжигал , как самое страшное проклятие.
-У меня в Германии осталась дочка примерно такого же возраста, - примирительно сказал Герстнер.
- А моя дочь сирота , у неё на фронте отец пропал без вести, только он был не такой как ты ! - парировала женщина и, круто развернувшись, скрылась в глубине сарая.
- Да ведь не обязательно погиб, вы знаете, сколько красноармейцев в плен попало ! - крикнул ей вслед Генрих.
Не обращая внимания на возмущённые возгласы Удо , мы с Генрихом сгребли в котелок со стола всякой всячины и, войдя в сарайчик, буквально насильно сунули им в руки еду; девочка глотала, не жуя, но взрослая к еде даже не притронулась.
Признаться честно, вся мы четверо чувствовали себя в создавшейся ситуации довольно неловко и даже виновато, нам не хотелось жить в этой гнетущей атмосфере ненависти, и поэтому мы всячески старались разрядить отношения. Взамен зарезанных эсэсманами куриц Герстнер распорядился отдать хозяйке консервированную колбасу и сало в сто граммовых целлофановых обёртках из наших сухих пайков. Вместе с Новицким, взявшись за двуручную пилу , он напилил для Лары запас дров, а я натаскал воды с реки (водопровод в городке сильно пострадал от бомбёжки и не работал ). Постепенно лёд в отношениях с русской таял , она уже начала улыбаться в ответ на наши приветствия.
Но ещё раньше Герстнеру удалось приручить к себе маленькую дикарку Зару. Было забавно смотреть, как она сидела у него на коленях , с перемазанной шоколадом мордашкой, а он качал её и напевал немецкую детскую песенку.
- Противно смотреть , - морщился наш ротенфюрер Штольц. - Чем же она напоминает тебе твою дочку ? Эта девчонка черномазая , вылитая юде , даже странно, как у русоволосой матери мог родиться такой темноволосый ребёнок. Да она вообще на неё ни капли не похожа !
Действительно , к тому времени мы уже смогли рассмотреть свою хозяйку поподробнее : она оказалась значительно моложе, скорее всего моя ровесница или чуть старше ; возраст ей прибавлял тёмный платок и старомодная , мешковатая одежда. К тому же я заметил, что она будто нарочно старалась не смывать с лица сажу. У нас тоже были серьёзные сомнения , что Зара её ребёнок, хотя Лара клятвенно уверяла, что девочка от кавказца.
- Зара ! Да она типичная Сара, жидовское отродье , - бурчал ротенфюрер .
После мы узнали , как он пытался шантажировать Лару ; та прибежала к нам вся в слезах и рассказала, что Мартин пригрозил сообщить в комендатуру, что она укрывает еврейского ребёнка. Но если она хочет сохранить дочь , то … пусть пойдёт навстречу желаниям немецкого солдата, тоскующего без женского общества.
Герстнер сначала мирно предупредил нашего пылкого камерада , чтобы тот отстал от русской, но в тот же день обозлённые отказом, оба эсэсовца нагло вломились к хозяйке. Мы прибежали на её отчаянный крик , она стояла в разорванном платье и сжимала в руках нож.
- Какого чёрта, что эта славянка о себе возомнила ! - возмущался Штольц .- Да она гордиться должна , что арийские солдаты ей честь оказали !
Герстнер молча развернул Штольца спиной к себе и дал ему такого пинка под зад, что тот вылетел из дверей и растянулся в грязи посреди двора. Удо кинулся на фельдфебеля с кулаками. Тогда они подрались в первый раз, эсэсовец две недели ходил с синяком под глазом, а для Герстнера дело чуть не окончилось штрафбатом. Спасло то , что он был классным специалистом-подрывником , и для диверсионной группы сложновато было бы найти равноценную замену. Мы с Крисом подтвердили герру оберсту обвинение обоих эсэсовцев в попытке изнасилования; впрочем , те никак наказаны не были. В комендатуре проверили документы на Зару, они оказались в полном порядке : согласно метрике девочка действительно была дочерью Лары.
Возможно, мы бы в мире и согласии с хозяйкой дожили до отлёта на Кавказ, но тут появился младший брат её мужа . Его звали кавказским именем Алихан или Алик по-русски .Это был подросток лет четырнадцати , с чёрными как антрацит глазами и нестриженными тёмными волосами, жёсткими вихрами торчащими в разные стороны. Я не понял , откуда он пришёл и почему его не было дома больше недели, но сразу после прихода малый стал орать на сестру, что она " спуталась с фрицами и позорит честь своего погибшего мужа. " , что он, как комсомолец не позволит ей…
- Правильно говорил , - поддакнул Мирзоев . – Подумаешь, какие добрые, отдали ей свой сухой паёк !
- Ладно, Асланбек, не перебивай.
- Тише, Алик, тише ! - пыталась урезонить братишку Лара . - Не кричи так ! Они все понимают по-русски.
Ох, до сих пор думаю, может мне сразу надо было разобраться с этим слишком идейным комсомольцем ?! Ведь этот чертёнок умудрился стянуть гранату у раззявы Генриха и швырнуть её в окошко нашего госпиталя !
- О, вот это наш пацан ! Герой ! – одобрительно воскликнул сержант Петренко.
Я был потрясён!
- Васенька, может ты недослышал ? – как можно более лояльным тоном сказал я. - Ваш юный герой запустил гранату в окошко госпиталя, где лежали раненые !
- Угу, раненые немецкие солдаты. Ульрих, я всё прекрасно расслышал. Как говорят партизаны «земля должна гореть под ногами фашистских оккупантов» .
- Вася , но это же госпиталь ! Под охраной красного креста ! По цивилизованным правилам ведения войны…
- Слушай, если в твой дом вломились разбойники , то ты тоже не станешь думать о правилах, - перебил меня Владимир - Ты будешь драться первым , что под руку подвернётся . Ладно , рассказывай дальше . Много было убитых ?
- Слава Богу, что Алихан ошибся, и граната попала вместо палаты с ранеными в пустую операционную; никто не пострадал, ущерб был чисто материальный. – с некоторой вредностью ответил я. - Однако, после этого происшествия незадачливому партизану не стоило бы возвращаться домой. Ротенфюрер Штольц уже сопоставил в уме две вещи : взрыв в госпитале и жалобу Генриха на исчезновение гранаты , поэтому вместе с Удо подкараулил мальчишку в огороде. Оба эсэсмана были ужасно взвинчены после выпитого шнапса, да ещё при задержании пацанёнок изловчился лягнуть ротенфюрера так, что чуть не выбил ему все зубы.
В общем, когда полуодетый Герстнер выскочил во двор, ротенфюрер уже закинул на толстый сук шелковицы крепкую верёвку, которой ранее собирался вязать пленника, а гориллоподобный Удо накидывал петлю на шею юного партизана, во всё горло проклинающего " Гитлера и всех фашистов ". Фельдфебель начал убеждать эсэсманов не заниматься самосудом, а отвести парня в комендатуру; тогда Штольц , размахивая пистолетом стал орать , что " этих славянских варваров только могила исправит, и что только такие идиоты , как Герстнер могут надеяться , что унтерменши способны оценить доброе отношение ." Признаться, тут у меня мелькнула некая аналогия со словами Мирзоева « про фрицев, которые не способны оценить доброе отношение» .
Но тогда до встречи с капитаном НКВД оставались ещё несколько долгих месяцев, а пока я удерживал в своих руках отчаянно рвущуюся на помощь брату Лару . Она исцарапала мне всё лицо и искусала все руки, но я держал её изо всех сил , понимая, что если она вот так : с когтями , как дикая кошка , бросится на ротенфюрера , то он вполне может её застрелить. Наш Штольц , когда пьяный совсем психом становится и начинает палить во всё, что движется.
======================================
И тут Генрих заорал " Партизанен !" . Естественно, все похватали автоматы, залегли и начали дружно палить по окружающим кустам. Под шумок чертёнок смотался; когда через некоторое время Штольц понял, что никаких партизан и в помине нет, то предложил организовать погоню. Но Герстнер сказал, что бегая по окрестным лесам с автоматами , мы точно рискуем нарваться на партизан, и что на кой нам это нужно ?! Чёрт бы с ним , с мальчишкой , будем считать что всё обошлось благополучно. И вовсе ни к чему докладывать в комендатуру, что злополучная граната была украдена именно у нас, ведь за это может нагореть самому оберштурмфюреру Шереру , как командиру группы.
[i](Добавление)[/i]
Рассказ для русских я предпочёл закончить на этом месте, остальное рассказал только для Курта, когда мы вечером следующего дня сидели с ним на крыше и любовались шикарными южными звёздами. Он задумчиво курил, а я вспоминал другую весеннюю ночь и Лару, когда она пришла ко мне в первый раз.
После того, как её брат не без нашей помощи ускользнул от собиравшихся повесить его эсэсовцев, отношение Лары к нам сильно изменилось. Правда , произошло это не сразу, а только на третий день ; наверное, это могло бы насторожить, но мы тогда не придали этому никакого значения, а наоборот, были рады произошедшей с хозяйкой перемене. Лару словно подменили: она перестала носить свою мешковатую одежду, сняла тёмный вдовий платок, и вдруг оказалось, что она очень симпатичная молодая девчонка, всего на три года старше меня , что она умеет смеяться и даже кокетничать! В пёстром ситцевом платье и белых носочках, с уложенной на голове как корона толстой косой , она казалась невероятно женственной и привлекательной, и мы все четверо влюбились в неё. Но почему-то особенно ласкова она стала именно со мной: постоянно шутила, заигрывала; я был на седьмом небе от счастья , что она выбрала именно меня; но когда она сама пришла ко мне ночью , даже я был поражён!
Дело в том, что уже несколько ночей в подряд я спал не в душной хате, где меня сильно выводил из себя храп здоровяка Удо, а во дворе под навесом.
Было уже достаточно поздно, но я ещё не заснул , а как сейчас лежал и смотрел на звёзды. Лара тихонько подошла и села на краешек моей постели.
- Ты не обижаешься, что я тебя тогда так расцарапала? - виновато улыбаясь, сказала она и, слегка, кончиками пальцев, погладила глубокие царапины на моём лице .
- Ну прости, - и моей щеки коснулся лёгкий, как крыло бабочки поцелуй.
- Нет, я не обижаюсь, но хочу, чтобы ты извинилась так же ещё раз! – я вспыхнул от удовольствия, и схватив за руки, привлёк её к себе. – Ну , пожалуйста. Ещё раз !
Смеясь, девушка повторила поцелуй , но когда я настойчиво стал просить продолжения, она сказала : « Ты с ума сошёл , нас здесь увидят ! Если хочешь, пошли со мной .»
Господи, да хоть на край света, я чуть не закричал от восторга; я готов был прыгать вокруг неё, как маленький обласканный хозяйкой щенок! Я быстро встал и мы, тайком выскользнув за калитку, очутились на опушке ночного весеннего леса , показавшегося мне волшебно прекрасным в льющемся с небес призрачном лунном сиянии. Возлюбленная взяла меня за руку , и мы пошли вглубь леса , осторожно ступая по мягкому ковру молодой травы . Вокруг опьяняюще пахло цветами, я кинул прямо на заросли ландышей прихваченную с собой плащ-палатку и упал на неё в обнимку с Ларой ! Меня затопила такая волна нежности и благодарности к этой ласковой русской девушке : « Лорхен, милая моя, дорогая, ты самая лучшая, спасибо тебе, только я удивлён , я думал ты выберешь Герстнера , а не меня … и я так боюсь разочаровать тебя , ведь у меня сейчас это будет в первый раз …» такие мысли вихрем носились в моей голове, в то время как я упоённо целовал её , сходя с ума от близости и доступности мягкого женского тела.
Через минуту я понял, почему коварная партизанка остановила свой выбор именно на мне : я показался её дружкам более лёгкой добычей, чем наш силач-фельдфебель. Один из нападавших больно вывернул мне руки назад и грубо поднял с земли ; а второй стоял передо мной , наставив на меня пистолет, в нём я узнал нашего старого знакомца Алихана –Лёлькиного братца .
- Что вам от меня нужно ?
- Вот придём в партизанский отряд, там узнаешь! – ухмыльнулся юный партизан. -
Да, весёленькая ситуация : сначала русский мальчишка обокрал нас, а теперь девчонка завела меня в засаду. Но не на того нарвались !
Отвечаю Альке нарочито спокойно и нахально, стараясь отвлечь внимание :
« Извините, господа, но в мои планы не входит экскурсия в партизанский отряд ! »
Пока пацанёнок оторопело переваривает мою фразу, ногой бью его по руке с пистолетом, от боли и неожиданности он выпускает оружие; затем пригнувшись, перебрасываю через голову второго партизана , он шмякается о земь, но быстро встаёт и кидается на меня , я стреляю почти в упор , он падает как подкошенный ; тогда я разворачиваю оружие в сторону Алихана.
И тут Лара , широко раскинув руки, встаёт между нами, отчаянно голося : «Улечка, миленький, не надо ! Не стреляй ! »
- Миленький ?! Сначала, стерва , предала меня , завела в партизанскую засаду, а теперь «миленький » ! Сейчас ты увидишь, каким я могу быть миленьким ! Думала, я мягкая плюшевая игрушка , с которой можно творить всё, что угодно ?!
Держа пистолет обеими руками, направляю его дуло на фигурки партизан, но… вот не обходится у меня без этого «но !». Ротенфюрер Штольц сказал бы, что я сентиментальный придурок , но мне трудно выстрелить в женщину, с которой только несколько минут назад собирался заняться любовью ! Мои твёрдые прежде руки, легко выбивавшие на стрельбище девяносто из ста, сейчас трясутся, прицел скачет перед глазами ; Алихан пытается оттолкнуть сестру и кричит « стреляй, проклятый фашист, не издевайся, чего ждёшь ! », а Лара намертво вцепилась в него и не перестаёт голосить : « Не надо, Уленька, не надо ! »
Ich hasse sie ! Как же я их сейчас ненавижу обоих , с их фанатичными большевистскими убеждениями, с их восточным коварством и лютой ненавистью ко мне и к моим камерадам ! Сам себя накачиваю этой ненавистью, а перед глазами стоит , как Ларка только что , буквально пять минут назад ласкала меня … Ларочка, если бы ты только сказала , что сама ты не хотела предавать меня , что партизаны заставили тебя ! Я хочу спросить, но боюсь узнать горькую правду … и не хочу слушать ложь , если она решиться соврать мне, ради спасения своей жизни .
Держа их обоих на мушке, озлобленно ору : « Geh weg ! Ich habe die Nase voll von dir ! Пошли вон ! Вег ! И не смейте мне больше попадаться на глаза! Убью !»
Они пятятся от меня, опасаясь повернуться спиной, затем мальчишка спотыкается о торчащую из земли корягу, падает, подскакивает и стремглав кидается прочь, следом за ним бежит сестрёнка.
И вот тогда я стреляю! Ночной лес наполняется гулким эхом от выстрелов, кажется, что пули летят со всех сторон, неся смерть в весеннем , только что проснувшемся для жизни цветущем лесу; вижжащие пули срезают ветки с нежными , только что проклюнувшимися молодыми листочками , вонзаются в деревья , истекающие как кровью, липким сладким соком. Стреляю, пока не расходую все пули в обойме, один выстрел, другой, третий, четвёртый! Стреляю, словно с каждым выстрелом выбрасываю из себя бешенную ярость: ярость на мстительность кавказского мальчишки , ярость на непримиримость русской девушки , ярость на свою собственную влюблённость и ярость на эту проклятую войну , что заставляет нас с Ларой ненавидеть друг друга вместо того чтобы любить! В заливающем лес серебристом лунном свете мелькающие между стволов фигурки отлично видны , я хороший стрелок , нарочно стреляю поверх их голов, я могу сделать вид , что промахнулся .
Через несколько минут на выстрелы прибегают наши ребята , каждый добросовестно разряжает почти по полному магазину , заливая свинцом лес на полгектара; лучи электрических фонариков шарят вокруг: увидев на траве расстеленную плащ-палатку и приметную Ларкину косынку на ней, Герстнер сразу всё понимает.
- Господи, какой же ты наивный идиот ! Когда же вы с Генрихом поймёте, что с местными надо быть осторожнее ! – распекает меня фельдфебель. – На тебе кровь , ты ранен ?! Говори , где болит ?
А у меня больнее всего в душе , я готов был плакать от обиды, в голове мечется одна мысль : « Как она могла ?! Я ведь поверил в её любовь ! Как можно так притворяться ?! »
- Но ты же сомневался в её вине , может партизаны обошлись без её соучастия и сами подкараулили вас ? – Курт успокаивающе кладёт руку мне на плечо .
-Да нет, - качаю головой . – Я убедился в её вероломстве ! Командир партизанского отряда заинтересовался рассказом Алика о странных немцах, очень напоминающих разведгруппу, и дал задание выкрасть одного из нас в качестве языка. Лара сыграла роль приманки, только с этим было связано её изменившееся отношение к нам , девушка оказалась отличной актрисой ; причём Герстнер показался ей слишком сильным и осторожным , и она решила выбрать жертву понаивнее. Всё это рассказал второй партизан на допросе в гестапо: оказывается , я не убил его, а только сильно ранил, и он потерял сознание от болевого шока.
- Знаешь, а я бы тоже в этой ситуации не смог бы выстрелить в Лару. – задумчиво говорит Курт.
• А в Алихана ? Послушай , Курт , я соврал вчера русским , просто чтобы они не радовались, что мальчишка достиг своей цели - на самом деле в госпитале после взрыва гранаты были убитые. Курт, ты так смотришь на меня , ты считаешь, что я псих и после такого речи не может быть о жалости ?
Курт долго молчит, затем произносит :
• Разные люди рассудили бы в этой ситуации по разному , но Ульрих, поверь мне , я действовал бы так же как ты, влюбленным и наивным.

- Знаешь, Курт , из нашей Kampfgruppe меня поддержал только Генрих . Наш подрывник Ганс после этого случая стал смотреть на меня , как на умалишённого.
• Ты просто кретин , - сказал он мне. - Ведь за этих партизан ты вполне мог бы получить железный крест или очередное воинское звание. Похоже , он просто не понимал , что на свете существуют такие вещи , как жалость или нежелание стрелять в безоружных .
Но больше всех , конечно , негодовал на мой поступок ярый нацист Штольц. Он сказал, что если бы в вермахте не было полно таких, как Ульрих и Генрих, то наша армия давно бы уже взяла Москву. Идеалом немецкого солдата для него был громила Удо , здоровенный , как бык , но такой же тупой и исполнительный , который не дрогнувшей рукой мог бы убить даже младенца , и который даже не подозревал о каких-то там муках совести после этого .
Я счёл слова Штольца оскорблением и запальчиво возразил : « Слава Богу , что таких гоблинов , как вы с Удо в вермахте меньшинство , иначе мы сейчас стояли по колено в крови » . Нацист взорвался , как триста тонн тротила и пообещал накатать донос в гестапо , что мы с Генрихом сознательно помогаем партизанам . Ротенфюрер никак не мог поверить, что такой хороший стрелок, как я , мог промахнуться несколько раз .
Дело могло бы кончиться очень плохо, но нашего командира майора Арнольдта намного больше волновали вопросы его личной карьеры и благосостояния, нежели вопросы нацистской идеологии. По словам фельдфебеля , майор Абвера заявил брыжжущему возмущением Штольцу буквально следующее « Я не позволю Вам стравливать Абвер и гестапо , только такой проверки нам не хватало ! Я бы и сам был бы рад набрать эту разведгруппу из верных национал -социалистов , беспощадных к врагам Рейха , но … Заубер — отличный радист и стрелок , Генрих — подрывник и без акцента говорит по-русски , а для рейда в большевистский тыл нам прежде всего нужны хорошие специалисты своего дела . Да, Заубер и Герстнер пытаются воевать по-рыцарски , и их всё никак не покинет старомодная немецкая сентиментальность , но зато они храбрые солдаты . И я предпочту пойти в разведку с ними, нежели с парнями из айнзатцкоманды, смелыми только в расправах с мирным населением ! »
• Стоп, - уточнил Курт. -донос в гестапо хотел писать именно тот Штольц, который потом выдал вас на допросе в НКВД и лизал сапоги чекистам ?! -
• Это был именно тот Штольц , который перед нами громче всех выкрикивал нацистские лозунги , но как только чекисты наставили на него пистолеты , он сразу заныл « Гитлер капут! ». - подтвердил я и продолжил свой рассказ .
Однако Герстнер после случая с партизанской засадой тоже немного вправил нам с Генрихом мозги. Он отвёл нас в сторонку для приватной беседы , тон его был по-отечески строг : «Камерады , вы солдаты вермахта и , конечно , не должны допускать насилия над местным населением . Но между мирными обывателями и гражданским населением, взявшим в руки оружие, существует большая разница ! Генрих, ты уже однажды помог бежать этому маленькому партизану, и это кончилось тем, что он потом чуть не убил твоего товарища . Вы пожалели чертёнка , а он разве пожалел наших раненых солдат, когда кидал гранату в окно ?! Ульрих, Генрих вы ведь видели их изуродованные осколками тела ?! На кладбище за деревней прибавилось двенадцать крестов , а ведь у ваших убитых камерадов остались дома вдовы и дети -сироты . »
Я не мог смотреть ему в лицо и опустил голову . Всё правильно он говорит, но если бы он слышал, как Лара кричала тогда « не надо, не стреляй ! »
Знаешь, Герстнер был для нас большим авторитетом . Он был для нас с Генрихом как старший брат, он был для нас примером настоящего солдата и настоящего товарища . Он был строг , но справедлив , о его храбрости в бою ходили легенды , и мы знали , что всегда можем положиться на него в опасной ситуации . При всём при этом он был очень добрым человеком и нас очень поразило , что он так негативно отнёсся к нашим поступкам .
• То есть Вы считаете, что надо было позволить эсэсовцам повесить мальчишку ? - буркнул Генрих, на что Герстнер ему ответил, что вместо самосуда партизана надо было отвести в комендатуру для допроса о местонахождении и численности партизанского отряда.
• Я кое-что слышал о допросах в гестапо , на мой взгляд , повесить было бы гуманнее, меньше бы мучился . - не сдавался Генрих.
Фельдфебель просто махнул рукой и смято пробормотал что-то об «издержках военного времени »
• И мальчик , и женщина зря ввязались в грубую мужскую игру, - качает головой Курт . – Но Владимир прав в одном, эта война без правил.
Некоторое время мы молчали , наблюдая за огромным серебристым диском луны , медленно восходящим над тёмными силуэтами гор. Откуда -то раздался негромкий крик ночной птицы , возглас часового на вышке и бряцание оружия , затем над крепостью снова повисла тишина. Лунный свет бередил воспоминания о той ночи в волшебном весеннем лесу , о дурманящем запахе первоцветов , и о той постели из ландышей, которая вместо ложа любви могла бы стать моим смертным ложем.
• Я смотрю , эта Лара оставила глубокий след в твоей душе. - словно подслушал мои мысли Курт.
• Скажи лучше глубокую рану !

* * *
На закате Курт сам потащил меня на крышу крепости . Это место как-то незаметно превратилось в своеобразное тайное пристанище для наших откровенных разговоров, ведь только там мы могли быть уверены , что нас не подслушают чужие уши .
Пылающий диск солнца медленно опускался к тёмной гряде гор, чёрные тени уже затопили самые глубокие ущелья. В самой фантасмагорической картине неба , в наползающих тёмно-фиолетовых облаках на фоне кроваво-красного заката , чудилось что-то зловещее , как раз под стать моему мрачному настроению . С севера налетел порыв ледянящего ветра, предвещая скорое наступление холодов.
-Trinken wir, Kamerad! Давай выпьем, камерад ! - я вытащил призывно булькнувшую флягу с самогоном.
Выпив немного , Курт поморщился и сказал :
- Слушай, ты сегодня целый день ходишь какой-то нервный , взял у Володи это мерзкое пойло .
• Ещё бы ! Мирзоев так талантливо поднял всем нервы этой своей политинформацией. Какое усиленное стремление поскорее перевоспитать нас всех в антифашистов !
• Ты про ту статью из « Красной Звезды » , где рассказывается о зверствах немцев на оккупированной территории?
• Да, и особенно про статью Эренбурга.
• Понятно , что пропаганда обеих воюющих сторон представляет противника в возможно более отвратительном виде. Советская пропаганда равняет солдат вермахта , фашист, преступник , кровожадный зверь ,человек с грязным характером. А наши из «Фелькишер беобахтер » с таким же неверным обоснованием равняют красноармеец , коммунист , кровожадный зверь ...Но здесь в плену мы все убедились, что они не такие уж жуткие. Даже Мирзоев...
• А как тебе эта любимая пропагадистская формулировка советских журналистов «.... был зверски казнен» -
-Звучит так, что немцы (фашисты) казнили зверски по привычке. Что значит «зверски» ? Подвергли пыткам пока не скончался? От этой мысли мне тошнит. Впрочем, я кое-что слышал , что творили в нашем тылу особые отряды полиции и СС. Слушай, Ульрих, да перестань наконец накачиваться самогоном, ты и так уже достаточно пьян! А ну, отдай сюда флягу !
• Нет, мне нужно хорошенько напиться, чтобы не орать сегодняшней ночью, когда мне будут вновь сниться эти кошмары ! - меня уже просто несло , в голове гудело от хмеля , я хотел рассказать Курту о том, о чём , наверняка , стоило бы промолчать даже с лучшим другом. Но я уже не мог, эта жуткая память терзала мою душу ; я понимал, что по-трезвому никогда бы никому не рассказал об этих отягчающих мою совесть событиях, постарался бы похоронить эти ужасные воспоминания в самых тёмных уголках моего сознания .
• Какие кошмары ? Ульрих , ты о чём ? Успокойся, тебя всего аж передёргивает !
• Курт, это случилось после того, как я не стал стрелять в Лару и её брата-партизана. Но народные мстители не оставляли нас в покое, как они и обешали в своих регулярно появляющихся на заборах листовках « Земля будет гореть под ногами фашистских захватчиков ». Мы уже стали опасаться ходить в одиночку по улицам , жили в постоянном ожидании выстрелов в спину или очередных взрывов. Однажды ночью отряд предпринял особенно дерзкую акцию : они подожгли казарму, наши ребята прыгали из окон в одном белье, их силуэты были отчётливо видны на фоне пламени , и партизаны хладнокровно перестреляли почти половину гарнизона!
• Mein Gott ! Ульрих , ты был в этой горящей казарме ?!
• Нет, Курт. Мне шкуру подпалили чуть позже !
Наутро в городок прибыла айнзатцкоманда СС во главе с оберштурмфюрером Менцелем . Горя желанием отомстить за ночное побоище , остатки нашего гарнизона отправились вместе с эсэсманами в село, где по сообщениям полицейских часто ночевали партизаны. По скверной дороге, утопая по колено в грязи, мы кое-как добрались до затерянного в лесах населённого пункта. Айнзатцкоманда окружила и прочесала село, но в домах были только мирные жители.
• Разумеется ! Партизаны не идиоты, наверняка местные успели предупредить их о приближении вашего отряда .
• Примерно то же самое наш фельдфебель сказал Менцелю , и мы приготовились уйти. Но у оберштурмфюрера были другие планы. Он решил отомстить семьям партизан !
Даже парни из его команды ,услышав жуткий приказ , содрогнулись и подняли возмущённый ропот . Слышал бы ты , как разбушевался Менцель, обещал отправить всех в “Химмель-фартскомандо” —( т.е. “команды по поездке на небо”. Штрафбат ). А у всех свои дети в Германии остались , кому охота погибать из-за чужих .
Наш фельдфебель очень старался отговорить Менцеля от задуманного, но этот псих орал с пеной у рта, что именно из-за таких либералов партизаны уже совсем распоясались , и что только жестокие меры способны исправить положение. Он же был психически неуравновешенный этот Менцель, об этом весь полк знал!
-Оберштурмфюрер , только нас в это дело не втягивайте !- недовольным голосом пробурчал Герстнер. –Если что, мы лучше в засаде посидим. А то как раз на поднятый вами шум пожалуют родственнички этих деревенских. А это вам не с бабами воевать. Ещё раз хорошенько подумайте, стоит ли делать то, что Вы задумали. Эти русские мужики где-то здесь в лесу, неподалёку, а у нас всего тридцать человек !
- Я смотрю, вы жутко боитесь партизан. –пренебрежительно скривил тонкие губы эсэсман. – Вон ваши товарищи настоящие храбрецы и спешат проявить себя в деле.
Он кивнул головой на Удо и Штольца, которые грубо крича и размахивая автоматами, помогали карателям загонять жителей деревни в здание сельсовета.
- Я настаиваю на том, что наша группа не обязана принимать участия в вашей акции. Если двое из наших присоединились к вам добровольно … что ж это дело их совести !
Герстнер махнул рукой, и мы оба скрылись в кустах на краю деревни.
С пригорка вся деревушка была видна, как на ладони. Бешенный лай рвушихся, едва слерживаемых солдатами на поводках овчарок, отрывистые команды , горестные причитания женщин и неуёмный плач детей тоже доносились достаточно отчётливо, вызывая желание закрыть уши и зажмурить глаза.
-Не принимаем участия ! Да мы словно бандиты, стоящие на стрёме, пока остальные члены банды убивают в тёмном переулке беззащитных прохожих ! - заикаясь от волнения, чуть ли не кричал я .
- Отвернись, не смотри. Не рви себе душу ! Мы всё равно не в силах ничего сделать. Мы всего лишь солдаты и обязаны выполнять приказ старшего по званию. – осипшим голосом шептал Герстнер, схватив меня за рукав .
Тем временем Удо со Штольцем плеснули из канистры бензин на сноп соломы и , бросив зажжённую спичку, быстро отбежали подальше. Ярко вспыхнувшее пламя принялось жадными языками лизать деревянные стены, густые клубы дыма окутали дом до самой крыши …
Но там же Лара, я видел как она пыталась драться с Удо , как он схватил её за волосы и поволок к дверям сельсовета ! Она тоже успела увидеть меня и выкрикнуть проклятие в мой адрес ! Да, я знаю, что она первая предала нашу любовь , она партизанка, враг , её дружки -партизаны прикончили бы меня без жалости , но я был не в силах смотреть …
- Господи, что же они делают , их надо как –то остановить ! - я уже практически встал из укрытия в полный рост, но тут Герстнер грубо встряхнул меня, приводя в чувство.
• Как ?! Что ты собираешься делать ?! Оберштурмфюрер пристрелит тебя на месте за невыполнение приказа!
• Курт, ты думаешь, я тогда был в состоянии мыслить рационально ?! Все мои мысли были там, в объятом пламенем доме, там где была Лара ! Герстнер с силой обхватил меня обеими руками и прижал моё лицо к своей груди , не давая смотреть на огонь; острый уголок чёрного креста на его нагрудном кармане царапал мне щёку, я тщетно рвался из железных объятий фельдфебеля , орал « пусти меня !», а он горячо шептал мне прямо ухо «Опомнись, ты ничем не поможешь деревенским, но лишь погубишь себя ! »
Фельдфебель был прав, и вообще нам надо было бы смотреть совсем в другую сторону. Возможно, тогда бы мы вовремя заметили нападавших !
Со стороны леса вдруг раздалась дружная пальба; на опушку выскочило человек сорок партизан, на бегу стреляя из разнокалиберного оружия. Один из них строчил из трофейного МГ-34, яростно кося суетливо забегавшие фигурки карателей .
• Отходим ! –завопил оберштурмфюрер, судорожно пытаясь завести мотоцикл.
Вместе с Удо , на ходу огрызаясь автоматными очередями , ему удалось покинуть деревню. «Отважный командир» бросил своих солдат !
Большая часть эсэсовского отряда , прячась за стенами домов и сараев, попыталась принять бой, но была наголову разбита нападавшими. Партизаны перестреляли почти всех, двое часовых и подвернувший ногу при бегстве ротенфюрер Штольц были схвачены, нас притащили на площадь перед сельсоветом.
Сбив с дверей сельсовета замок, партизаны выпустили полузадохнувшихся в дыму сельчан. Придя в себя на свежем воздухе, женщины и подростки кинулись помогать в тушении пожара : откуда-то из домов притащили вёдра; выстроившись длинной цепочкой от колодца , спасители и спасённые дружно передавали воду , крайние в строю выплёскивали её на огонь ; шипя, пламя постепенно сдавалось. Наконец последние всполохи огня погасли, но другой , ещё более страшный пожар вспыхнул в людских сердцах !
Пылающие жаждой мести сельчане и партизаны окружили троих пленников и … те в полной мере на своей шкуре ощутили охватившую русских ярость.
Толпа была подобна сорвавшемуся с цепи зверю, который бешено трепал свою жертву , стремясь изорвать её на клочки. Закрыв руками головы , мы корчились на земле под градом сыпавшихся на них со всех сторон ударов, но от вида крови сельчане распалялись ещё больше. Страшен в своем праведном гневе русский человек !
- Стойте, - внезапно раздался зычный голос . - Мы не можем просто так убить их !
Толпа на минуту отпустила пленных ; партизаны стояли, тяжело дыша и осмысливая сказанное командиром.
Мы кое-как поднялись с земли и стали, пошатываясь и цепляясь друг за друга, дрожащие, перемазанные грязью и кровью , с опущенными головами и мечущимися от страха глазами. У меня от удара ногой были сломаны пара рёбер, я не мог даже спокойно вздохнуть , из пробитой головы Герстнера ручьём лилась кровь, заливая лицо.
– Их надо судить партизанским судом. Мы не убийцы.
- Зато они убийцы, и для них закон не писан ! Их надо убивать , как бешенных собак. – раздался возмущённый женский голос.
- Расстрелять гадов ! – срывающимся альтом выкрикнул сельский мальчишка.
-Народ приговаривает фашистских оккупантов к смерти. – пожал плечами комиссар. – Я думаю, с ними надо сделать то же самое, что они хотели сделать с нашими семьями . Спалить фрицев к чёрту, как нечистую силу.
И он обвёл взглядом одобрительно загудевшую толпу. Несколько наиболее разгорячённых парней подскочили к нам и прикладами начали подталкивать в сторону ещё дымящегося дома.
И тут я встретился глазами с Ларой. Она смотрела на нас , держа на руках зарёванную Зару, трущую обожжёнными ручонками вымазанную чёрной копотью личико .
• Курт, мог ли я ждать от неё помощи, хоть малейшего слова в нашу защиту, ведь она видела, что мы с Герстнером просто стояли в стороне ?!
• Ульрих, боюсь если бы она хотя бы попыталась вступиться за вас, толпа могла бы наброситься и на неё . Любая женщина прежде всего мать и пытается защитить своего ребёнка .
• Да, некоторые сельчане и так презирали её за связь с немцами.
Алька стоял рядом с сестрой, хмуро глядя на неё и сжав кулаки. Это он успел выскочить из окружённой айнзатцкомандой деревни и он привёл партизан.
С отчаянным воплем Штольц упал на колени и протянул руки к комиссару. Он валялся в пыли у его ног и умолял не убивать , он визжал, как недорезанная свинья, размазывая слёзы и сопли по перекошенной от страха физиономии . В конце концов эта отвратительная сцена надоела даже Герстнеру.
- Ротенюрер, встаньте ! – заорал он по-немецки. – Не ведите себя как трусливая баба ! Тебе нравилось убивать – так теперь сам постарайся умереть по-солдатски, не позорь честь мундира !
Фельдфебель ободряюще взглянул на меня, я стоял прижавшись к своему старшему другу, я весь заледенел от ужаса, боль мучила каждую клеточку моего истерзанного тела , в глазах глубокими озёрами застыли слёзы. Мои губы медленно шевелились, шепча что-то похожее на последнюю предсмертную молитву.
- Нет, я не стану просить у них пощады, я не стану унижаться, как Штольц. Ведь всё равно не пощадят. И я бы не пощадил на их месте. Господи прости меня, я знаю, что виноват !
Я покорно дал втолкнуть себя в двери дома ; Герстнер, презрительно стряхнув с себя чужие руки , шагнул в чёрный от сажи проём сам . Охрипшего от крика Штольца партизаны тащили буквально волоком, он из последних сил цеплялся скрюченными пальцами за дверные ручки и за наличники ; наконец дверь подперли обломком толстой доски, и комиссар начал суетливо чиркать кремневой зажигалкой. Искры сыпались на сноп недогоревшей сухой соломы, сложенной у стены ещё руками Штольца, но залитая водой при тушении пожара, солома никак не хотела загораться.
Голос ротенфюрера перешёл в придушенный утробный вой , вконец раздражённый Гюнтер пытался зажать ему рот рукой, фельдфебель яростно матерился, проклиная по-немецки втравивших всех в эту историю нацистов и по-русски поймавших нас партизан. Огненные языки поползли по стенам, помещение быстро наполнялось ёдким дымом.
– Камераден, даже у рыбки, проглоченной котом, есть по крайней мере два выхода! Надо постараться вышибить заднюю дверь. - прохрипел Гёрстнер .
Вот за что я всегда уважал нашего фельдфебеля — в любой сложной ситуации тот не терял присутствия духа! Он разбежался и со всего размаху навалился плечом на запертую дверь, она затрещала, но не поддалась.
– Ротенфюрер, хватит выть! Хватаем все вместе стол и используем его как таран!
Мы схватили тяжёленый письменный стол и обрушили его на двери. Дым до слёз шипал глаза, мы кашляли и задыхались, но град наших ударов постепенно приносил свои плоды: от деревянной двери летели щепки и вот наконец дыра стала настолько велика, что мы один за одним смогли выбраться наружу. Но, очевидно, наша бурная деятельность привлекла внимание партизан: вслед нам затрещало несколько одиночных выстрелов, Мартин словно споткнулся и кубарем покатился по земле. Мы с фельдфебелем пригнулись и, петляя, бросились к спасительным кустам. Если бы нам удалось достичь опушки леса, возможно, мы были бы спасены. Следующая пуля настигла Гёрстнера, я попытался поднять его, но он только махнул рукой « беги, не дай им поймать тебя! Мне ты уже ничем не поможешь! »
Теперь все выстрелы сосредоточены на мне, я упал на землю и пополз; я полз отчаянно работая локтями и коленками, из последних сил спасая свою жизнь. И тут вдруг я почти упёрся головой в чьи-то пыльные сапоги. Я поднял лицо вверх, на меня с ухмылкой смотрело усатое лицо молодого партизана; он передёрнул затвор своей винтовки и опустил её к своим ногам, теперь её дуло смотрело прямо в мои глаза.

Я опустил голову, уткнулся лицом в землю и сжался в предчувствии выстрела. Сейчас горячий кусочек свинца вырвется из ствола и войдёт в моё тело, разрывая на куски моё сердце и лёгкие.
– Ну что ж, умереть от пули легче, чем сгореть в огне, - обречённо думал я. - Конечно, всё равно будет больно, но недолго, какое-то мгновение. Но почему русский медлит нажать на курок?
-Миша, сынок, не делай этого, не уподобляйся этим зверям! - раздался сверху густой бас. - Бог велит щадить беззащитных врагов.
-А он здорово щадил наших жён и детей?! - запальчиво возразил названный Михаилом.
-Я видел, этого солдата не было среди тех, кто сгонял жителей деревни в огонь. Он и вот тот раненый были часовыми, - продолжал обладатель баса.
Господи, я узнал этот бас! Это бывший священник, отец Фёдор! Большевики лишили его сана и прихода, он был вынужден стать пасечником, чтобы хоть как-то прокормить свою многодетную семью. Я видел его на городском базаре, брал у него мёд и часто разговаривал с ним, пожилой поп всегда казался нам противником советской власти. Неужели он тоже с партизанами?! Но в любом случае его послал мне сам господь!
Михаил ворчит, но всё же убирает винтовку за спину. Он поднимает меня и буквально волоком тащит к телеге, от пережитого ужаса мои ноги как ватные и я практически не могу идти сам. Отец Фёдор помогает ему взгромоздить моё тело на ворох мягкого сена и понукает лошадей.
Едем по лесной дороге на пасеку: подо мной трясётся на ухабах телега, над головой шумят кроны вековых деревьев , через их листья порой мелькают яркие лучи солнца. Gott sei dank, слава Богу, я остался жив! Для всех остальных этот день оказался последним. Священник хотел помочь и фельдфебелю, но его рана оказалась слишком тяжёлой. На моих глазах партизанский командир выстрелил ему прямо в грудь, мой товарищ дёрнулся пару раз и затих. Бедный Гёрстнер! На мои глаза наворачиваются слёзы, я тихо всхлипываю, стараясь, чтобы не расслышал возница. Он всё равно слышит, оборачивается и говорит мне « Ничего, поплачь, тебе станет легче»

- Да уж, -потрясённо покачал головой Курт. - Мы все шли на фронт и были готовы к смерти. Но к героической смерти в бою, а тут ! Ужас не только от неминуемой гибели , а от такого вида ухода из этого мира. Но, видимо, у вас ТЕБЯ мощные ангелы хранители, раз они смогли вытащить тебя из такой кошмарной ситуации .
• Ангелы хранители ? Боюсь, в тот раз на помощь мне явились ангелы ада . Менцель вернулся с подмогой и роли опять поменялись.
• Что значит « роли поменялись »?
• Значит, что разгорелся бой, некоторая часть жителей и партизан смогла скрыться в лесу, а с оставшимися … ну, сам понимаешь.
Обоих , и меня и Курта трясло и от ужасных воспоминаний, и от ночного холода. Мы разделили по-братски последние капли самогона из опустевшей фляги, закутались в плащпалатку и, поплотнее прижавшись друг к другу, замолчали . В небе догорали последние отблески заката, кроваво-красные, как отсветы того прошлого пожарища.]]> Fri, 30 Mar 2012 13:41:22 +0400 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=36&postid=1333100264#1333100264 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=29&postid=1332780021#1332780021 В форуме: Примирение
Автор: Марла
----------
Западным свидетельствам верю со скрипом, но вот нашим... Было откровением почитать Копелева "Хранить вечно" об уродах - политработниках, мелких хапуг и врунов и о том, как наши солдаты убивали немецких женщин и старух, насиловали. Солженицын о том же писал в Прусских ночах. Поэма так себе с худ. т.з., но то, о чем он там пишет, читать сложно. Тоже об изнасилования и убийствах немок, даже детей совсем. И Копелев и Солженицын были советскими офицерами и были приговорены к лагерям за "буржуазный гуманизм".

В общем, в этой войне невиновных нет. Возможно, за жестокости своих дедов немцы сейчас расплачиваются вытеснением своей нации, ее старением и демографическим регрессом, за преступления наших дедов - мы расплачиваемся высоким уровнем преступности и экн. проблемами, и прочим. Если следовать этой логике, американцы нагрешили в той войне меньше других. Но, собственно, они и не воевали четыре года. Да даже и двух не воевали (ленд-лизу как-то не приравниваю к боевым действиям).]]> Mon, 26 Mar 2012 20:40:21 +0400 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=29&postid=1332780021#1332780021 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=35&postid=1331314373#1331314373 В форуме: Примирение
Автор: Administrator
----------
" А значит нам нужна одна победа - одна на всех, мы за ценой не постоим" Эти строки из известной военной песни знает каждый. И руководство СССР действительно не постояло за ценой - на алтарь Победы легли 27 миллионов жизней. Один ветеран сказал " Мы не победили фашизм - мы его утопили в крови русского народа.

Взрыв ДнепроГЭС

18 августа 1941 года наступающие немцы вышли на правый берег Днепра. Командир полка НКВД, уже перешедшего на левый берег, дал команду саперам: взорвать плотину. Задание было выполнено.

Сотни тонн воды устремились через образовавшийся проем. Водяной вал смыл не только полуторатысячный отряд немцев, занявших позиции на правом берегу, но и села, скот, людей, технику и... солдат Красной армии, которых погибло в разы больше, чем нацистов. Водяной поток смыл с острова Хортица пехотный полк, под водой оказались запасы вооружения и продовольствия. На дно пошли десятки судов Запорожской флотилии вместе с их командами. Войска Южного фронта, с боями отходившие на левый берег от Никополя до Херсона, были погребены под приливной волной. По имеющимся свидетельствам, в днепровских плавнях погибло не менее 20000 солдат. Беженцев и мирных жителей никто не считал. По самым скромным подсчетам современных историков, в результате подрыва плотины погибло около 100.000 человек.

Поздно ночью 18 августа 1941 года Сталину доложили, что плотина ДнепроГЭСа взорвана. Он поблагодарил и сказал, что вовремя все сделали, так как остановили продвижение врага вглубь страны на этом участке фронта.

По материалам: ZpTown
[i](Добавление)[/i]
этим дело не органичилось . Из книги (ДСП) «Разгром немецких войск под Москвой» (под редакцией маршала Шапошникова): «24 ноября немцы вплотную подошли к рубежу Истринское водохранилище, река Истра. С приближением немцев к этому рубежу водоспуски водохранилища были взорваны (по окончании переправы наших войск), в результате чего образовался водяной поток высотой до 2,5 м на протяжении до 50 км к югу от водохранилища. Попытки немцев закрыть водоспуски успехом не увенчались». Волна накрыла густонаселенные окраины города Истры, Павловской слободы и множество деревень. Напомним, что все это происходило в лютую, уже зимнюю стужу, когда не то что «искупаться», а просто промочить ноги смертельно опасно.

Журналист Искандер Кузеев пишет в газете «Совершенно секретно» (№ 7, 2008): «Маршал Шапошников поскромничал насчет высоты водного потока. Уровень Истринского водохранилища -168 м над уровнем моря. Течение реки Истры за плотиной находится на урезе в 143 метра, в Павловской Слободе -134 метра. Напор огромного объема воды шел, как пишет Шапошников, на 50 километров, то есть до Москвы-реки (уровень которой при впадении Истры, чуть выше Рублевской плотины, составляет 124 метра). Таким образом, высота потока, смывавшего все на своем пути, составляла не менее 25 метров (заряд был заложен в основание водоспусков, затронув и так называемый мертвый объем, который остается в водохранилище при плановых весенних сбросах паводковых вод). Если учитывать падение потока до Москвы-реки, суммарный напор достигает сорока метров».

Мда... у нас любят вспоминать, как Гитлер приказал открыть шлюзы Шпрее и затопить берлинское метро. Даже в фильме Освобождение есть такой эпизод. А вот про собственные подобные художества молчат как рыба в пироге.
[i](Добавление)[/i]
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ? В случае непосредственной угрозы взятия Москвы немцами, сразу же после отбытия товарища Сталина на восток, НКВД планировал взрыв Химкинской плотины. В результате столица превратилась бы в огромное озеро. Москвичей можно было не жалеть: Сталин знал, что в городе, после бегства евреев и номенклатуры, остались те, кто по большей части спокойно, а то и с надеждой ждет немцев. Журналист И. Кузеев пишет: «После войны идею затопления столицы России стали приписывать Гитлеру. У московского драматурга и режиссера Андрея Вишневского появилась даже пьеса «Moskauersee» о жизни в послевоенной Москве (на озере, образовавшемся после победы Гитлера). Однако затопление столицы силами войск НКВД было неизбежным именно после отъезда Сталина» («Совершенно секретно»). В том, что этот чудовищный план был бы исполнен, сомневаться не приходится: вспомним судьбу исторического центра Киева, который после прихода немцев был взорван советской агентурой с помощью заранее заложенных фугасов.
[i](Добавление)[/i]
Говорят, что фашисты сожгли тысячи советских деревень. Но! Оказывается многие деревни были сожжены САМИМИ КРАСНОАРМЕЙЦАМИ! Но 17 ноября 1941 года появился секретный Приказ Ставки Верховного Главного Командования № 0428.

Он гласил:

«Опыт последнего месяца войны показал, что германская армия плохо приспособлена к войне в зимних условиях, не имеет теплого одеяния и, испытывая огромные трудности от наступивших морозов, ютится в прифронтовой полосе в населенных пунктах. Самонадеянный до наглости противник собирался зимовать в теплых домах Москвы и Ленинграда, но этому воспрепятствовали действия наших войск. На обширных участках фронта немецкие войска, встретив упорное сопротивление наших частей, вынужденно перешли к обороне и расположились в населенных пунктах вдоль дорог на 20–30 км по обе их стороны. Немецкие солдаты живут, как правило, в городах, в местечках, в деревнях в крестьянских избах, сараях, ригах, банях близ фронта, а штабы германских частей размещаются в более крупных населенных пунктах и городах, прячутся в подвальных помещениях, используя их в качестве укрытия от нашей авиации и артиллерии. Советское население этих пунктов обычно выселяют и выбрасывают вон немецкие захватчики.

Лишить германскую армию возможности располагаться в селах и городах, выгнать немецких захватчиков из всех населенных пунктов на холод в поле, выкурить их из теплых убежищ и заставить мерзнуть под открытым небом – такова неотложная задача, от решения которой во многом зависит ускорение разгрома врага и разложение его армии.

Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

1. Разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40–60 км в глубину от переднего края и на 20–30 км вправо и влево от дорог.

Для уничтожения населенных пунктов в указанном радиусе действия бросить немедленно авиацию, широко использовать артиллерийский и минометный огонь, команды разведчиков, лыжников и партизанские диверсионные группы, снабженные бутылками с зажигательной смесью, гранатами и подрывными средствам.

2. В каждом полку создать команды охотников по 20–30 человек каждая для взрыва и сжигания населенных пунктов, в которых располагаются войска противника. В команды охотников подбирать наиболее отважных и крепких в политико-моральном отношении бойцов, командиров и политработников, тщательно разъясняя им задачи и значение этого мероприятия для разгрома германской армии. Выдающихся смельчаков за отважные действия по уничтожению населенных пунктов, в которых расположены немецкие войска, представлять к правительственной награде.

3. При вынужденном отходе наших частей на том или другом участке уводить с собой советское население и обязательно уничтожать все без исключения населенные пункты, чтобы противник не мог их использовать. В первую очередь для этой цели использовать выделенные в полках команды охотников.

4. Военным советам фронтов и отдельных армий систематически проверять, как выполняются задания по уничтожению населенных пунктов в указанном выше радиусе от линии фронта. Ставке через каждые 3 дня отдельной сводкой доносить, сколько и какие населенные пункты уничтожены за прошедшие дни и какими средствами достигнуты эти результаты.

Ставка Верховного Главного Командования:
И. Сталин
Б. Шапошников».

(Источник: Сталин И.В. Cочинения. – Т. 18. – Тверь: Информационно- издательский центр «Союз», 2006. С. 283–284.)

Тут мы сталкиваемся с очередной советской загадкой. Известный писатель Владимир Батшев, ответственно ссылаясь на Центральный архив Министерства обороны СССР, в своей четырехтомной эпопее «Власов» (т. 1, стр. 214, из-во «Мосты-Литературный европеец», Франкфурт-на-Майне, 2001/2005) приводит другой вариант текста зловещего сталинского приказа.

«Из приказа Ставки Верховного Главнокомандования
№ 0428 от 17 ноября 1941 года:

“Все населенные пункты на расстоянии 40-60 км вглубь от линии фронта и на 20-30 км по левую и правую сторону от дорог, в которых находятся вражеские войска, должны быть сожжены и разрушены. Для уничтожения населенных пунктов в означенном радиусе приказываю использовать авиацию, артиллерию, а также команды разведчиков, лыжников и партизанские группы, которые должны быть оснащены бутылками с поджигательной смесью.

При вынужденном отходе наших частей на том или другом участке уводить с собой советское население и обязательно уничтожать все без исключения населенные пункты, чтобы противник не мог их использовать.

…Большинство задействованных на этом важном государственном задании ДОЛЖНЫ БЫТЬ ПЕРЕОДЕТЫ В ТРОФЕЙНУЮ ФОРМУ ГЕРМАНСКОГО ВЕРМАХТА И ВОЙСК СС (выделено мной – А.Ш.).

Следует обратить внимание, чтобы после «карательной экспедиции» оставались свидетели, которые затем смогут поведать о злодеяниях фашистов. Это возбудит ненависть к фашистским оккупантам, облегчит вербовку партизан в тылу врага.

…Формирования, занятые в этом смелом предприятии, должны состоять из мужественных бойцов, которые должны быть представлены к правительственным наградам.

Ставка Верховного Главнокомандования
Верховный Главнокомандующий И. СТАЛИН
Начальник Генштаба Б. ШАПОШНИКОВ”».

(Источник: ЦАМО СССР. Ф. 353. Оп. 5864. Д.1 Л.2).

Возникает вопрос: не является ли первый, наиболее распространенный вариант сталинского приказа, результатом позднейшего «редактирования»? Или есть другие разумные объяснения? Я лично их не нахожу. Разумеется, оба варианта приказа – изуверские. Однако второй вариант, приводимый В. Батшевым, прямо предписывает красной армии прибегать к особо жестоким и подлым методам терроризирования собственного населения. В. Батшев утверждает, что имеет «свидетельства людей из сожженных чекистами в немецкой форме деревень». По словам писателя, темой мифов о ВОВ он занимается с 1965 года, когда Владимир Буковский рассказал ему «о советских убийцах и поджигателях, переодетых в форму СС». Отметим, что эта тактика террора и провокаций широко применялась совком и в дальнейшем: например, после войны в Украине зверствовали энкавэдэшники, переодетые в форму бойцов УПА.

Именно во исполнение сталинского приказа № 0428 действовала Зоя Космодемьянская, пытавшаяся в составе советской террористической группы сжечь подмосковную деревню Петрищево (всего же отряд, в котором состояла Космодемьянская, должен был в течение 5-7 дней уничтожить около 10 русских деревень). Как известно, красная фанатичка, успевшая вместе со своими сообщниками спалить три избы, была поймана немцами 28 ноября 1941 года при содействии крестьян, не желавших зимовать на улице (по признанию маршала Жукова, сталинский приказ повсеместно столкнулся с «активным неприятием местных жителей»). На следующий день «героиня», накануне войны успевшая побывать в столичном дурдоме вместе с Аркадием Гайдаром (см. об этом у В. Батшева), была прилюдно казнена как поджигатель домов. По утверждению писателя Николая Анова, беседовавшего с учительницей из Петрищево, после возвращения совка многих сельчан репрессировали.

Надо отметить, что стратегия «выжженной земли» широко применялась советской военщиной и до появления приказа № 0428. Так, например, газета «Новое слово», издававшаяся на территории, освобожденной от Советов, в номере от 13 мая 1942 года вспоминала события начала октября 41-го в городе Бежица Брянской области:

«Приказ Сталина “жечь и уничтожать все при отступлении” хорошо знали все жители города Бежицы (Орджоникидзеграда). К этому страшному дню жители с волнением готовились, чтобы спасти свои собственные дома и детей. Около каждого дома были приготовлены бочки с водой, песок, лопаты. У некоторых смельчаков за дверьми стояли вилы и топоры на случай удобного момента угостить поджигателей. 8 октября 1941 года раздался оглушительный взрыв на заводе “Красный Профинтерн”. Это и был условный знак для поджигателей. Показались клубы черного дыма во всех частях города. Загорелись заводы, склады, магазины, школы, поликлиника, жилища. Город окутался дымом, дышать было нечем. Крики детей и стоны женщин были слышны во всех концах города. Этого страшного дня десятки тысяч жителей Бежицы не забудут никогда.

По всем улицам города разъезжали на автомобилях и верхом на лошадях работники НКВД и жидовские комиссары и проверяли работы поджигателей.

“По Елецкой улице бежал жид в шинели, - рассказывает один из очевидцев, - в одной руке у него был наган, а в другой бутылка с бензином. Он кричал во все горло: “Выходите все на луг, будем поджигать все ваши дома”.

Этот комиссар вместе с секретарем горсовета, коммунистом Морозовым, почти последними из поджигателей бежали из города, угрожая смертью встречавшимся жителям.

На Малоорловской улице, например, многие женщины выхватывали детей из пламени через окна горящих домов. Имущество их, конечно, все сгорело» (В. Батшев, «Власов», т.1, стр. 446).

Из эпопеи В. Батшева узнаем: согласно Донесению о ходе выполнения приказа Ставки за № 0428, подписанному заместителем начальника оперативного отдела 5-й армии подполковником Переверткиным, уже к 25 ноября 1941 года отступавшей красной военщиной было уничтожено полностью и разрушено частично свыше пятидесяти русских деревень Подмосковья (т. 1, стр. 215-217).

Из воспоминаний генерала армии Н. Ляшенко: «В конце 1941 года я командовал полком. Стояли в обороне. Перед нами виднелись два села, как сейчас помню: Банновское и Пришиб. Из дивизии пришел приказ: жечь села в пределах досягаемости. Когда я в землянке уточнял детали, как выполнять приказ, неожиданно, нарушив всякую субординацию, вмешался пожилой боец-связист:
- Товарищ майор! Это мое село... Там жена, дети, сестра с детьми... Как же это - жечь?! Погибнут ведь все!..». Связисту повезло: до этих сел у советской армии руки не дошли.

Исследователи признают, что «проведение в жизнь приказа № 0428 выгнало на холод не столько немцев, сколько не успевших эвакуироваться мирных жителей. Тысячи женщин, стариков и детей были лишены крыши над головой в суровую зиму 1941/1942 гг.».

Как отмечают, «Геббельс удачно использовал этот приказ в идеологической войне против СССР. На стенах домов в оккупированных городах появились миллионы плакатов, на которых Сталин с факелом в руке поджигал крестьянские избы».
[i](Добавление)[/i]
Вот ещё одно свидетельство советского ветерана войны о поджигателях-красноармейцах, переодетых в немецкую форму " Горизонт на западе почти каждую ночь освещался пожарами. Писали и говорили, что это немцы жгут деревни. Я верил. Пока не узнал правду. Как-то в конце войны, за рюмкой, старший сержант Подгорный – начальник радиостанции, раскрыл тайну. Подгорный – высокий рыжий солдат, часто на некоторое время исчезал. Пытались узнать, где он был, но безуспешно. А тут он мне рассказал, какие страшные преступления совершал наш любимый Сталин. Я больше чем уверен, что без его приказа никто не мог такое совершить.

Подгорный рассказал, что их было подобрано 12 человек высоких рыжих солдат. Время от времени вызывали их в штаб дивизии и переодевали в форму немецких солдат, вооружали немецкими автоматами, давали задание и отправляли в тыл немецкой обороны. Два человека знало немецкий язык. Проходили по указанным деревням, выгоняли жителей из домов. На сборы давали 15 минут. Затем проходили с факелами и деревню сжигали. Люди, а это были женщины, дети и старики, вряд ли выживали. Морозы в ту зиму были до 40 градусов. Крик, слезы, а что делать? Приказ. Мы тоже плакали, говорил он, а жгли. Был случай, когда двое мужиков оказали сопротивление. Застрелили." Петр Андреев,

бывший артиллерист – топоразведчик 31-го гвардейского Кобринского Краснознаменного, ордена Богдана Хмельницкого артиллерийского полка 12-ой гвардейской Пинской Краснознаменной Ордена Суворова стрелковой дивизии http://www.solonin.org/live_zhelanie-rasskazat-poka-esche]]> Fri, 09 Mar 2012 22:23:06 +0400 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=35&postid=1331314373#1331314373 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=34&postid=1330716544#1330716544 В форуме: Примирение
Автор: Administrator
----------
Кто следующий за следующим?

Эту статью я написала не для того, чтобы обвинить какой-нибудь народ (считаю, что коллективной вины не бывает и быть не должно), а потому, что замалчивание преступлений, где бы они ни происходили, приведёт к взаимным обвинениям, на долгие годы задержит так необходимое примирение между народами, вызовет недоверие между ними, а самое главное, создаст почву для новых, еще более изощренных и циничных преступлений.


КОНВЕНЦИЯ О СОДЕРЖАНИИ ВОЕННОПЛЕННЫХ.
ЖЕНЕВА. 27 ИЮЛЯ 1929 г.
Раздел I. Общие положения
Статья вторая
Военнопленные находятся во власти неприятельской державы, но отнюдь не отдельной воинской части, взявшей их в плен. С ними надо постоянно обходиться человечно, в особенности защищая от насилия, оскорблений и любопытства толпы. Меры репрессий в отношении их воспрещаются.
Статья третья
Военнопленные имеют право на уважение их личности и чести. Женщины пользуются правом на обхождение во всем соответствии их полу. Пленные сохраняют свою полную гражданскую правоспособность...
20 марта 2011 года в ночном небе Ливии появились самолеты НАТО. Горят города и села, плачут дети, кричат от боли погибающие люди. В одну ночь президент страны аль-Каддафи становится врагом западному миру. Вчерашний друг и союзник, сегодня – враг номер один! Свершается страшное и жестокое насилие. Телевидение, радио, пресса кричат: «Свергнуть диктатору, свободу ливийскому народу!»
2 мая 2011 года все средства массовой информации ФРГ радостно сообщают, что в Абботтабаде, в Пакистане, в упор расстрелян предводитель террористов Осама Бин Ладен. Террорист убит без суда и следствия, с ним погибает его сын. На экранах телевидения улыбающиеся люди рассказывают о том, какое они испытывают облегчение и умиление оттого, что наконец-то американскими солдатами расстрелян безоружный террорист. Кто эти люди? Как выглядят они? Одетые в фуфайки грубые, беззубые рецидивисты, жаждущие крови? Нет! Это даже симпатичные, ухоженные, образованные, титулованные женщины и мужчины в галстуках и костюмах, заседающие в парламентах, министерствах и государственных учреждениях, заслуженные деятели литературы и искусства, лауреаты Нобелевской премии. Это представители просвещенного Запада, его политическая элита.
Интернетная связь всего мира четко заработала. На форумах сотни посетителей, присказки, шуточки, анекдоты и насмешки над политической элитой по поводу их новой сказки. А может быть, и не сказка? Но кто им еще верит?!

В 1999 г. бомбили Сербию. Насилие, убийства, изгнание части сербского народа с его исконной земли.
8 октября 2001 г. бомбят Афганистан. Применили урановые бомбы. 10 лет войны, которой не видно конца...
20 марта 2003 г. бомбят Ирак. Тоже урановые бомбы. Убийство, применение пыток (черные капюшоны – фотографии из Абу-Грейба) и насилье над мирным населением.
Телевидение, радио, пресса кричат: «Все во имя демократии, счастья и свободы сербского, афганского, иракского, ливийского...и т.д. народа!»
Кто следующий? Белоруссия? Иран? Сирия?.. Кто следующий за следующим?
Чем все это кончится?! Когда все это началось?!

Применение массового насилия и незаконные изгнания народов в новой истории цивилизованного мира начались в начале 20 столетия. Первыми, попавшими в ряд изгнанных, оказались армяне, которых убивали и изгоняли из Турции в 1915 году. За ними – немецкие колонисты, поселившиеся в Палестине в 1869 году для воссоздания святой Земли Обетованной, которые принесли туда современные методы и приёмы строительства, производства, торговли, организации транспорта и сельского хозяйства, основали поселение в Яффе и Сароне (ныне Кирия в центре Тель-Авива). В 1918 году, после прихода в страну англичан, они были сначала интернированы, а затем изгнаны из страны, которую начали так успешно обустраивать. В 1948-49 годах – изгнание с исторической родины около миллиона палестинцев на Западный берег реки Иордан и в сектор Газа.
Изгнание немцев с восточных земель, массовые, до сих пор не осужденные преступления, начавшиеся с 1945 года по отношению к немецкому населению как со стороны западных победителей, так и большевисткого режима на Востоке. Ненависть, безжалостность заполняли души солдат, часто самих отцов семейств, вчера еще безобидных крестьян и рабочих, интеллигенцию, служащих, которые вдруг, как варвары, набрасывались на беззащитных детей и женщин – преследовали, гнали, насиловали, давили гусиницами танков, превращая в единую массу тела беспомощных людей. Безжалостно сбрасывали тонны бомб на города Германии, не являвшиеся военными объектами и не представлявшие никакой опасности для противника, в одном только Дрездене заживо сожгли в пожарах от бомбардировок около 250 тысяч человек. Расстреливали с самолетов бегущих из горящих городов людей.
Американцы, проводя свой дьявольский эксперимент, сбросили атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки, результат – 70 тыс. жертв в Хиросиме, 200 тыс. – в Нагасаки.
Для того чтобы оправдать в глазах мировой общественности перевоспитательный процесс сопротивляющегося международной финансовой олигархии народа – немцев, необходимо было найти против него аргументы и посадить на скамью подсудимых. Делая это «освободители» не гнушались сфабрикованными делами, подписанными подследственными с помощью садистских пыток в застенках лагерей и подвалов. («Непростительным преступлением Германии перед Второй мировой войной была попытка вырвать свою экономику из мировой торговой системы и создать собственную систему обмена товарами, в которой мировой финансовый капитал не имел возможности получать свою прибыль». Воспоминания Черчилля). Грубо нарушая международное гуманитарное право, без суда и следствия расстреливались немецкие солдаты и офицеры. Пыткам не было конца.
Из воспоминаний свидетелей: «Когда Шмитцу предъявили обвинение в том, что он принимал участие в расстреле захваченных в плен летчиков, он это отрицал. Тогда следователь Фишер начал бушевать и потребовал других показаний, он приложил пистолет к виску Шмитца и стал его избивать кулаком по лицу, а английский лейтенант стал харкать ему в лицо. С разбитой головой и сломанным носом его привели назад в камеру. Пойнтнер: Витцке и Альбрехт долгие недели допрашивались теми же методами. Их вынудили подписать протокол, заранее составленный англичанами» (KW Гаммерштейн, «Ландсберг – закон палача». Вупперталь, 1952, стр. 104. / K. W. Hammerstein, "Landsberg - Henker des Rechts?". Wuppertal, 1952, Seite 104)
По показаниям очевидцев, особой жестокостью прославились такие палачи, как Киршбаум, Ентрес, Метцгер, Перл, Елловитц, Жумакер, Еллис, Тон, Суровитц и Левин. (Kirschbaum, Entres, Metzger, Perl, Ellowitz, Shumaker, Ellis, Thon, Surowitz, Lewin) (источник:  «Aula». 09. 2004, Dr. Fred Duswald).
Так, Авраам Левин свои допросы вместе с мистером Фишером проводили ночью. Они пытали и избивали военнопленных, надевая на них черные капюшоны с остатками рвоты и запекшейся кровью от издевательств над их товарищами. Только единицы из подследственных смогли выжить после пыток, они впоследствии рассказали правду о звертвах «освободителей».
Так, 60-летний Лео Хайнеманн был закован в цепи и привезен из Боркума в Эмден. Подследственному сразу же приставили ко лбу дуло пистолета и потребовали подписать необходимые показания. Когда он отказался, его стали зверски избивать. Через шесть мучительных недель его заменили сыном Генрихом.
Если немецким журналистам в официальной прессе еще сегодня не разрешено писать о пытках, проводимых над немецкими военнопленными, то сообщения журналистов США и Англии уже тогда нет-нет да появлялись в средствах массовой информации. Так, в Люнеберге британские военные следователи проводили следствие по 47 военнопленным немцам, и к предстоящему трибуналу были приглашены двести журналистов. Каким образом выбивались нужные показания из подследственных, рассказал Алаун Моорехеад, опубликовав в газете «Weidenfeld & Nikolson» отрывки из книги «Золотой горизонт». Он писал: «Когда мы подошли к камере, то услышали дикий крик капитана, проводящего допрос, после чего он с довольной улыбкой обратился к нам: «У нас с утра уже идут допросы, поэтому картина, которая предстанет перед вами, желает быть лучшей». Журналистов завели в камеру, в которой лежали стонущие окрававленные пленные. Один человек лежал у моих ног, его рубашка и лицо были пропитаны кровью, он делал тщетные попытки встать, наконец ему с трудом удалось встать на колени, а затем на ноги. Его тело дрожало, а беспомощные руки были вытянуты вперед. «Встать», - кричал сержант другим валяющимся окрававленным солдатам. Один за другим вставали пленные, держась за стенку. «Отойдите от стены!», - орал офицер. Шатаясь, они подошли к средине камеры.
В другой камере английский армейский врач только что закончил свой допрос. «Вставай!», - кричал сержант. На полу лежал окровавленный человек. Он подполз к стулу, положил руки на сиденье и привстал. Затем он бросил умоляюще: «Почему вы меня не прикончите? Я так больше не могу!» - «Это он твердит нам уже целое утро, грязный, проклятый ублюдок», - с улыбкой обратился к журналистам сержант.
По отношению к подследственным немцам применялись тогда и известные садисткие пытки под названием «горящие спички». Горящие спички заталкивали под ногти пленным, а затем посылали в камеру священника-провокатора в надежде на то, что он получит нужные сведения.
Военный офицер и судья по уголовным делам Эвард Л. фан Роден был до глубины души потрясен произволом «американских освободителей», совершаемым против немцев в послевоенное время. Он писал: «Если должно состоятся справедливое правосудие, то нужно возвратить всю нашу американскую армию в Соединеные Штаты Америки и поставить перед судом» (газета «Чикагская трибуна» за 12 марта 1949 года).
А морской офицер, военный историк и писатель Британии капитан Рассел Грен, изучив труды Эварда Л. фан Родена, в своей книге «Unconditional Hatred». Нью-Йорк, 1954, немецкий перевод «Bedingungsloser Haß». Tübingen, 1954) писал: «Судья обнаружил, что захваченные в плен немецкие солдаты и офицеры были подвергнуты жестоким избиениям и пыткам. Сильные мужчины были настолько сломлены, что готовы были подписать любые признания, которые от них требовали».
Грязная антинемецкая медиальная травля велась десятилетиями, и настолько интенсивно, что совершить военное преступление по отношению к немцу не было зазорно даже знаменитостям, удостоенным высоких наград. Так, известный американский писатель, лауреат Нобелевской премии в области литературы 1954 года Эрнест Хемингуэй похвалялся своими садисткими убийствами немецких солдат и офицеров, он, в частности, писал: «Однажды я уложил одного нахального СС-фрица. Когда я сказал, что убью его, если он не сообщит мне, где находится запасной выход, фриц ответил: «Вы не убьете меня, потому что вы трус, а во-вторых , потому, что вы относитесь к расе дегенерирующей смеси ». – «Какую ты сделал ошибку, браток, - сказал я, - и трижды выстрелил ему в живот. Когда его тело опустилось на колени, я выстрелил ему в башку, его мозг вылетел изо рта, а может быть, из носа. Находящийся рядом другой СС-овец выглядел при этом замечательно! Я убил 122 немца! Последний был немецкий солдат в униформе и каске. Я сказал себе: возьми его жизнь - и расстрелял его с М1. Это был юноша, я выстрелил ему в позвоночник, а пуля вышла через печень». ("Ernest Hemingway: Selected Letters 1917-1961, ed. C. Barker, New York 1981, S. 672, 601, 697", цитаты опубликованы также в книге F. Uhle-Wettler, Der Krieg, Gestern, Heute - Morgen? Hamburg 2001).
На юго-западе французы далю волю своим солдатам как к ограблению занятых населенных пунктов, так и в бесчеловечном изнасиловании немецких девочек и женщин войскам с цветными солдатами из Марокко, Алжира и Туниса. Особенно это проявилось в городе-лазарете Фройденштадте и в Карлсруэ. Так, 16 апреля 1945 года около 14. 30 город был забросан зажигательными гранатами, а после обеда на него были сброшены тяжелые бомбы. Бомбардировки города, в котором не было немецких войск, продолжались весь день и последующую ночь, пока город не был превращен в руины. При этом было разрушено 649 зданий, многие из которых являлись историческими памятниками. После этого, 17 апреля около 9 часов утра, в город без боя вошли войска 3-й Марокканской Спаги с солдатами алжирского происхождения под предводительством Кристиана де Кастри.Он отдал распоряжение на мародерство в городе на 3 суток. Город горел. За тушение пожара грозил смертный приговор. Оставшиеся люди, спасшиеся в своих подвалах, были подвергнуты насилию, 70 человек из них были расстреляны, женщины и девочки отданы на изнасилование марокканцам. Но и по истечении трех дней ад для мирных жителей не прекратился. По их рассказам, злостные военные преступления творились и в последующее время. Ответственными комендантами были майор Делёйце и комендант майор Кампигнеуиллес, особой жестокостью по отношению к местному населению отличился его охранник по имени Гуыот. (Источник: Ernst von Salomon. Der Fragebogen. Rowohlt, Hamburg, 1951).
Чтобы скрыть свое преступление в Фройденштадте, из штаба генерала де Латтре пришло сообщение, что якобы перед занятием города немецкий корпус нанес много потерь французам, а один немец расстрелял французкого парламентёра. Это не соответствовало действительности. Честнее оказался генерал де Латтре де Тассегну, который признал массовые изнасилования и разбой солдатами француской армии во Фройденштадте, оправдывая их следующим сообщением: «Разрушение Фройденштадта было нашей местью за разрушение немецкими войсками элзасского города Хагенау. В действительности же этот город в боях переходил из рук в руки, что ничего общего не имело с мародерством и насилием против мирного населения (Источник: Ingo von Münch. Frau, komm! Die Massenvergеwaltigungen deutscher Frauen und Mädchen. 1944/45. Brigite Neary (Hg.). «BeFreier und Befreier». Frankfurt/M, 2005).
Не лучше себя вела французская «освободительная от фашизма» армия в Карлсруэ, об этом свидетельствуют показания мирных жителей, которые описал в своей книге «Karlsruhe 1945. Unter Hakenkreuz.Trikolore und Sternenbanner» G. Braun, Karlsruhe 1985 (2). 1986 Josef Werner. В книге освещены события апреля 1945 года, происходившие в столице земли Баден. Поджечь столичный немецкий город Карлсруэ имело большое значение для французкой армии: поджигали, снимали на камеры и фотографировали. 7 апреля подожгли дома на улицах Кайзерштрасе и Ламмштрасе, а также здания центральной площади. На этом фоне в самом сердце горящего города на Рейне с гордостью сфотографировался сам генерал де Голль. Впоследствии в своих мемуарах он написал: «7 апреля мы с гордостью пересекли Рейн, но, увидев страшные разрушения города, я постарался быстрей его покинуть». То, что основные разрушения Карлсруе были сделаны в его честь, он умолчал. Кроме этого, город на Рейне был отдан на произвол, изнасилования и грабеж солдат.
Очевидец Эдвард Финк рассказывал: «Каждый прохожий был остановлен и часто под дулом пистолета обыскан. Часы, кольца, драгоценности отняты. У женщин забирали часы и броши. Заходили в квартиры, забирали радиоприемники, фотоаппараты, отбирали велосипеды». Вооруженные солдаты французкой армии ходили по домам и насиловали немецких девочек и женщин. Для унижения немецких женщин (как и после 1918 года) их отдавали на изнасилование солдатам французких колоний из Марокко, Алжира и Туниса. После массовых изнасилований в одной только земельной женской клинике Карлсруэ в апреле и мае 1945 года было сделано 276 абортов.
В Тюбингене французкие солдаты изнасиловали сотни женщин, в Штутгарте в течение недель насиловали немецких женщин белые французкие офицеры. Насиловали и издевались так, что даже американское руководство уже не выдержало и потребовало это прекратить. Но и американцы пытали и насиловали подследственных женщин. Уже в первые дни прихода во Францию они запятнали свою репутацию отвратительным отношением к местным французким девушкам. В Германии «освободители» были еще «менее гуманны». Из рассказа подследственного Йохана Хайльмайера (Johann Heilmeyer): «Когда меня привели на допрос к гражданину США, в комнате я увидел молодую закованную девушку. В ее адрес сыпались угрозы: если она не даст нужных показаний, то будет отдана на ночь целой группе черных американских солдат».
Почему же такое могло происходить уже в послевоенное время? Давая интервью в фильме «Reinhard Günzel über antideutsche Kriegspropaganda», это объяснил разжалованный за оказанную поддержку Мартину Хоманну (2003) генерал Бундесвера Райнер Гюнцель. Он сказал:
«При ведении воин у некоторых людей проявляется способность убивать любого. Поэтому раньше всегда старались с помощью приказов, законов и религии ограничить подобного рода преступления, хотя бы для того, чтобы после прекращения военных действий противники опять хотели и могли наладить свои отношения. Когда пушки уже молчали, то потерпевшего поражение поднимали с земли и относились к нему как к равному. Это были так называемые гуманные воины».
...С развитием цивилизации ведение воин становилось все человечнее. Но две последние войны 20 столетия были войнами, имеющими дикий, варварский характер с массовыми военными преступлениями. Если еще как-то можно объяснить и понять преступления, совершенные во время военных действий, то преступления, совершаемые победителями после их прекращения, уже необъяснимы. Если представители Франции, проигравщей войну в 1812 году, сразу после поражения вместе с победителями сидели за одним столом как люди равноправной страны, то через 100 лет Германский Рейх должен был пережить по отношению к себе такую диктатуру, что любые прилагаемые усилия к равноправию, пониманию и примирению не имели никаких шансов. Как можно такое объяснить? Как Первая, так и Вторя мировые войны по своему ведению имели характер крестового похода. Для подтверждения этого я приведу одну цитату, вернее, молитву одной из сторон, ведущей войну против нас.
«Всемогущий бог, небесный отец! Ты знаешь, что мы находимся в борьбе, которая идет не на жизнь, а на смерть! Эта борьба идет против одной самой гнусной, подлой, алчной, кровожадной и греховной нации, которая вообще когда-либо существовала и была описана в летописях за всю историю человечества! Ты знаешь, что Германия выпила много человеческой крови. Море слез пролито ради её обогащения. Каждая волна этого моря несет в себе стоны и крики мужчин и женщин. Мы просим тебя, подними свою властную руку и убей это чудовище, чтобы оно истекло слизью и кровью. Мы просим тебя, чтобы всё боролось с ним – и звёзды на небе, и ветры, и волны. А когда все закончится, мы срубим его злую голову, устремим свое лицо к небу и будем благодарить Исуса Христа. Аминь!»
Эта молитва была произнесена не на какой-нибудь черной мессе или путчистком собрании, она была прочитана перед депутатами 10.01.1918 года на богослужении американской палаты представителей (Конгресса США !) и не требует никаких комментариев».
А сколько их было – таких!..
Пропаганда ненависти ко всему немецкому народу проводилась и в коммунистическом СССР. Перед тем как Красная армия зашла на территорию восточной Германии, ее солдатам неделями зачитывали и раздавали листовки идеолога-подстрекателя Ильи Эренбурга с призывами к бесчинствам над мирным населением. Распространенное обращение солдата или офицера Красной армии к немецкой женщине «Женщина, пойдем!» вызывало в ней панический страх в ожидании предстоящих мук и бесчестья. Результат этой пропаганды – 2 млн. изнасилованных женщин, почти 200 тыс. из которых лишились жизни.
Случаи убийств, изнасилований немецких женщин и детей, пыток немецких солдат в 1944-45 годах происходили повсеместно как в странах Восточной Европы, так и на территории Германии. До сих пор прячется от общественности преступление американцев, совершённое над пленными солдатами, оставленными без воды и пищи под открытым небом в лагерях на рейнских лугах (Rheinwiesenlagern), унесшее около миллиона человеческих жизней. Скрывается от общественности правда о выбивании «правильных» показаний американцами средневековыми пытками в нашумевшем процессе в Мальмеди, а рассказы потерпевших очевидцев выдаются за пропаганду правых экстремистов (в Интернете можно посмотреть фильм «Über Galgen wächst kein Gras - US Folterjustiz 1-6». http://www.youtube.com/watch?v=Ldsfj9KdgWs и другие).
Сегодня в ФРГ любая тема, касающаяся Второй мировой войны, поднятая на телевидении, в печати или в учебниках истории, обязательно сопровождается фразой: «Кто начал войну, тот в ответе!». Более 66 лет немецкие политики и политики стран-победительниц повторяют одно и то же: «ВСЕ КОЛЛЕКТИВНО ВИНОВАТЫ!». Умные и образованные, просвещенные и цивилизованные, они пропагандируют законы джунглей, законы кровной мести – око за око, смерть за смерть. Преступления над немцами скрываются, затушёвываются; фальсифицируются исторические факты, над жертвами смеются и глумятся. Мировая общественность все эти годы либо равнодушно относится к немецкой беде, либо, хуже того, способствует распространению заведомой лжи.
Не стоит удивляться, что сегодня кто-то, выдавая себя за великого благодетеля, может отдать приказ забросать бомбами любую из стран мира, линчевать неугодного главу государства, убить его детей и внуков, изгнать целый народ с его исторической родины и заселить ее другим. А почему бы нет, ведь у того, у кого сила, все дозволено, ему все сходит с рук!
Не прекратится это до тех пор, пока все мы не поймем, что каждое неосужденное преступление непременно породит новое.

Лидия Вальц]]> Fri, 02 Mar 2012 23:29:04 +0400 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=34&postid=1330716544#1330716544 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=33&postid=1328691942#1328691942 В форуме: Примирение
Автор: Ника
----------
Сталин - антисемит?



Существует очень стойкий миф об антисемитизме Сталина. Авторы его понятно кто. И опираются они только на дело врачей и на тот факт, что среди репрессированных в 36-37 гг было немало евреев.

А та простая мысль, что еврейской национальности были далеко не все и даже не большинство жертв сталинизма, почему-то не приходит в голову сторонникам версии об антисемите Сталине.

На самом деле почти все, что делалось в международной политике, делалось в интересах международного коммунистического движения,и антисемитским это назвать никак нельзя.

На развитие ком.партий в Европе и мире тратились гигантские суммы золотом, а в это время в стране жили по карточкам, в деревнях же не было и карточек.


Подавляющее большинство всяких чиновников от культуры, писателей, поэтов-песенников и т.д. и т.п. - были лица известной национальности.

Украинский историк Вадим Золотарёв – автор пяти книг и десятков статей по истории госбезопасности Украины, подготовил к печати комплексное исследование о евреях в органах ГПУ-НКВД 1920-1941 годов

http://milewski-igor.livejournal.com/290657.html#cutid1

В системе Гулага - тоже. В высшей номенклатуре, в окружении вождя, на управляющих должностях было немало евреев.

Ситуация несколько изменилась после войны. Пришло воевавшее поколение и потеснило =тыловиков=. Но лишь потеснило.

Деятели кино-индустрии все без исключения (кроме актеров) были евреи.
об этом пишет Солоневич.
все пропагандистские высоты были за ними - и оставались практически всегда.

цитата:

Я, Валерий Николаевич Емельянов, потомственный москвич, родился в Москве 24 мая 1929 года, а 16 октября 1941 года стал свидетелем массового бегства жидов из осаждённой Москвы, т. к. жил в начале Владимирки - дороги на восток. Семь членов рабочего заслона, остановившие под железнодорожным мостом бегущих для досмотра, обнаружили среди рулонов мануфактуры и прочего дефицитного, по тем временам, добра, наворованного у государства, целые кастрюли, набитые золотыми монетами царской чеканки, кольцами и прочими драгоценностями, чемоданы с пачками денег в банковской упаковке. По приказу Сталина такой вооружённый рабочий заслон мог на месте расстрелять подобных лиц по законам военного времени, тем более - осадного положения. Но для рабочих это было настолько необычно и неожиданно, что они сообщили на Лубянку. Оттуда быстро приехали чекисты, тоже из жидов, разоружили всех семерых рабочих, уложили ничком на косогор и расстреляли в затылок, а жидовские беженцы спокойно поехали по шоссе Энтузиастов (Владимирке) дальше со всем награбленным.
(взято из группы Валерия Емельянова в Контакте



Сталин не был антисемитом в обычном понимании этого слова, он был государственником и диктатором. Ему было все равно, кто перед ним: еврей или русский. Он был диктатор-интернационалист, он был над нациями и классами.

Для него интересы государства были превыше всего, а государствообразующим народом был Русский. Интересы государства требовали делать ставку на сохранившуюся русскую элиту и создание новой.

Гитлеру в этом отношении было проще: Германия избежала революции и Гражданской войны, сохранив нацию. Ставка Сталина была на более высокий интеллект Русского народа и его духовную мощь. “Катюши” и Т-34 рождались в условиях интеллектуальной атаки русских гениев. Основным компонентом топлива, давшего толчок к работе государственной машины с максимальным КПД, был Русский Национализм.

Отметим сразу, что это был национализм не в чистом виде; он скорее тяготел к радикальному патриотизму. Я бы его назвал компенсаторным национализмом, посредством которого Сталин возмещал недостатки советского интернационализма. Уточняю, что не из особой любви к Русскому народу Сталин сделал ставку на энергию русского национализма, а из чисто прагматических соображений, т.к. именно это “топливо” было лучшим.


http://rossichi.narod.ru/hys/gitl.htm

Только благодаря тому, что Германия значительно усилилась и стала опасной мировому иудаизму, еврейские правители не уничтожили полностью русский народ в первой половине XX века. Русские понадобились для противостояния с немцами. Любимая игра мирового еврейского правительства, одновременно финансировать и стравливать двух примерно одинаковых по силе противников, и на этом зарабатывать капиталы, а главное ещё сильнее укреплять свою власть.
Фактически, Гитлер стал спасителем русской нации, хотя имел цель поработить нас. Потому что он создал ситуацию, при которой необходимо было поднимать Русский Дух или погибнуть. Раньше за это смелое утверждение многие медноголовые политики пожелали бы меня пристрелить, однако сейчас, когда ситуация с русской нацией повторяется, некоторые могут задуматься. Ведь если бы не возникло такой ситуации, когда нужно было проявить Русский Дух, то иудеи правившие СССР уничтожили бы всех русских, оставив небольшую группу полностью покорных и развращенных людей.
[i](Добавление)[/i]
Миф о благополучной жизни при Джугашвили очень стоек в определенных кругах

Но он разлетается в прах при непредвзятом подходе.
http://www.snob.ru/profile/9069/blog/24337
---- воспоминания австрийского инженера о Новосибирске в 32г.

воспоминания инженера Волтерса (первая ссылка)

Поразительным для “буржуя” Волтерса оказалось классовое расслоение советского общества. По сравнению с советскими служащими, иностранные специалисты снабжались “по-княжески”, причем сами русские воспринимали это как должное. Волтерс получил продуктовую книжку, по которой мог отовариваться в специальном магазине для иностранцев. Там продавались одежда и обувь – но не всех размеров, граммофоны, но без пластинок и иголок, еда – соответственно нормам, предписанным владельцу карточек, молоко и яйца – “если они там случайно оказывались”.

Над прилавком в распределителе для иностранцев висел большой плакат по-немецки: “Ленин живет в сердце каждого честного рабочего”, а витрины были декорированы красными тканями и портретами Ленина и Сталина

Открытых магазинов было мало, продукты в них – плохие и дорогие. Все снабжались через “закрытые” лавки на предприятиях. Русские инженеры по карточкам вовсе не получали белого хлеба, масла, молока, яиц. При этом они часто платили за продукты питания вдесятеро большую цену, чем иностранцы. Специальные продуктовые карточки превращали иностранцев в привилегированный класс. Такими же привилегиями обладали высшие чиновники, партийные функционеры, военные и ГПУ. У них были свои закрытые магазины.

Из журнала Посев:

Мне исполнилось 6 лет, когда нас выгнали в февра
ле 1930 г. из дома, на улицу, мать нашего отца, ба
бушку, раздели, отняв валенки, кто то столкнул
с крыльца, она вскоре умерла. Ребёнка, Фросю, вы
бросили из люльки, искали шаль, на холодную лав
ку, маму не пускали к ней, Фрося вскоре умерла.
Отец, участник 1 й Мировой войны, сидел в подва
ле Челябинской тюрьмы, там расстреливали.
Из деревни Пангронное, Кетовского района,
Уральской области нас повели на ссылку, на стан
цию Курган, 27 км. шли за подводой. Неделю под
открытым небом сидели на вокзальной площади.
Отец матери, священник, расстрелян в Кемеров
ской ссылке, муж двоюродной сестры расстрелян
в Челябинске, погибли братья матери, всего 18 че
ловек.
На войне погибли ещё трое двоюродных брать
ев, я доживаю одна, я выжила, но больна, инвалид,
много было оскорблений: «выродок», «недобиток»,
«отродье» и т.д.

из письма в журнал Посев Н.К.Носковой

http://www.posev.ru/files/magazine-archive/71.pdf


Экономика и жизнь сталинской деревни в 1946-1953 годах.
http://ttolk.ru/?p=6839

Повинности советских крестьян при Сталине.
http://ttolk.ru/?p=6821

И в следующий раз, заговаривая про "индустриализацию", задумайтесь, а за счет кого эта индустриализация была !?

по материалам -- http://nomina-obscura.livejournal.com/889213.html]]> Wed, 08 Feb 2012 13:13:40 +0400 http://gendilana.ru/Forum/topic.php?forum=5&topic=33&postid=1328691942#1328691942